Юлия Баталина

редактор отдела культуры ИД «Компаньон»

---

Пермь — за углом

Прогулка по неочевидным достопримечательностям столицы Пермского края с экскурсоводом Миланой Фёдоровой

Сегодня, 0:45

Поделиться

Твитнуть

Чтобы понять город, недостаточно смотреть на фасады. Самое интересное, трогательное, выразительное прячется в глубине дворов, порой за закрытыми воротами; а иногда — на виду, но в неприметных деталях. Милана Фёдорова знает все закоулки и секретики исторического центра Перми и готова поделиться ими с туристами, а также с читателями «Компаньон magazine».

Маршрут прогулки по неочевидной Перми проходит в пространстве и во времени: от «ядра», из которого появился город, к его расцвету на рубеже XIX—XX веков.

Точка 1. «Завод Шпагина»

Территория «Завода Шпагина» — это одна большая достопримечательность, демонстрирующая историю Перми с самого-самого её основания, с того времени, когда ещё и Перми-то никакой не было как города, а ещё только строился на речке Егошихе медеплавильный завод. Речка эта течёт через всё пространство «Завода Шпагина», но увидеть её можно только в двух местах: на южной границе территории бывшего завода, если пройти вдоль Дома музыки и заглянуть за ворота, и недалеко от юбилейной мотодрезины — реликта времён завода «Ремпутьмаш», где есть колодец, открывающий участок реки. Там сначала слышно, а потом видно шумящую воду — она с таким шумом, с такой силой бежит, что вспоминается фраза из некоего письменного источника: «Великая, могучая река Егошиха». Именно здесь в Егошиху заходили из Камы барки и баржи.

О том, что мы действительно находимся в долине реки, говорят вот эти крутые склоны с обеих сторон, и, если мы рассмотрим скальные обнажения на этих склонах, мы поймём, почему именно на Егошихе строился медеплавильный завод. Сырьём для него являлись медистые песчаники, и эти медистые песчаники Земля вываливает из своих недр на глаза внимательному посетителю пространства бывшего завода. Обратите внимание на зеленоватый оттенок этих скал: он маркирует наличие соединений меди.

Если мы с зеленоватого оттенка медистого песчаника переведём взгляд на фасад нового здания Пермской художественной галереи, то поймём, почему этот фасад такого цвета. Архитектор Сергей Чобан предварительно очень хорошо познакомился с историей пространства и отразил медеплавильную предысторию Перми, а вместе с ней недавнюю индустриальную историю завода Шпагина и Пермских железнодорожных мастерских. При внимательном рассмотрении и наличии некоторой фантазии, даже не фантазии, а просто воображения этот зелёный фасад — это же стена хвойного леса, это и холмы-горы, та самая парма — холм, покрытый лесом. Всё заложено в этом здании.

Здесь, на высоком берегу невидимой Егошихи, рядом стоят два старейших каменных здания Перми: первое каменное здание вообще — Петропавловский собор середины XVIII века — и первое партикулярное, то есть нецерковное каменное здание — здание заводоуправления. На фасаде заводоуправления видно, что изначально постройка была двухэтажной. В XVIII веке, до переезда в Дом Смышляева, здесь находились городские власти — магистрат, а после переезда магистрата здесь было присутствие воинского начальника, и офицеры именно в этом здании организовали свой клуб для культурного проведения времени — это уже во второй половине XIX века. Офицеры были очень образованные, в том числе в музыкальном отношении. Ноты поручика Александра Дыхова, который сочинял вальсы и марши, продавались в пермских музыкальных магазинах.

Сейчас здесь находится репетиционная база оркестра Пермского театра оперы и балета и хранилище плёночных фильмов Пермской синематеки.

Точка 2. Улица Советская, дома № 3, 6, 8 и 10

Если заглянуть во двор нового жилого дома № 3, видно, что внутри находится одноэтажное здание бывших учебных железнодорожных мастерских. Это вторая половина XIX века, и архитектура ныне заброшенного здания корреспондирует с производственной архитектурой «Завода Шпагина».

Казалось бы, у здания простое предназначение: здесь не живут, сюда приходят на несколько часов в день и уходят, но архитектура бывших мастерских полностью соответствует принципам Витрувия: «польза, прочность, красота».

Напротив — три смежных зелёных здания: № 6, № 8 и № 10. Пермь росла от Егошихинского завода по направлению к нынешнему центру, и чем дальше здание от «Завода Шпагина», тем оно новее. Первое здание появилось в 1830 году, ему почти 200 лет. Здесь находилась контора удельного ведомства — это что-то вроде министерства имущества императорской семьи. Фасад дома № 6 отличает изящный аркатурный поясок — декоративные миниатюрные арочки над центральными окнами.

Руководил удельным ведомством князь Пётр Максутов. В Перми у него родился сын Дмитрий, который позже стал последним начальником Российско-американской компании, то есть последним русским правителем Аляски. Когда Аляску сдали в аренду американцам, именно он передал ключи новой власти.

Дом № 8 чуть поновее, он принадлежал Дмитрию Емельяновичу Смышляеву, и в нём находилась почтовая контора.

Во второй половине XIX века оба здания приобрели купцы братья Кропачевы. Они достроили на углу третий дом — № 10, он самый новый и самый нарядный в этом комплексе. Здесь они жили сами и сдавали комнаты внаём. Кропачевы занимались грузоперевозками и приняли активное участие в развитии железной дороги, по­этому и стремились купить дом именно здесь, рядом с вокзалом.

Точка 3. Аграрный университет

Это бывшая Мариинская женская гимназия — архитектурный комплекс, построенный по проекту Юлия Осиповича Дютеля. В здании, где сейчас находится библиотека аграрного университета, во времена гимназии была домовая Александро-Николаевская церковь; хотя она и считалась домовой, то есть принадлежащей гимназии, она была открыта для посещений и пользовалась популярностью у жителей Перми.

Если бы мы зашли внутрь, то увидели бы оставшиеся с церковных времён декоративные элементы интерьера, но и снаружи видно, какое это было красивое здание. Оно, конечно, сильно пострадало от времени и нуждается в реставрации: раньше у церкви были теремное крыльцо и колокольня, они видны на старых фотографиях. На фасаде было трёхарочное окно, а над ним ещё люкарна — световое оконце. Они были разрушены, когда в бывшей церкви строились межэтажные перекрытия. Мы видим, что сохранились барабаны, которые были увенчаны маковками, но самих маковок, конечно, нет.

На фасаде сохранились майоликовые пояски, на которых изображены… карточные масти. Оказывается, исконно это христианские символы: трефы — это крест, пики — это копьё Лонгина, бубны — это квадратные шляпки гвоздей, которыми прибивали к кресту осуждённых на казнь, а черви — это губка, которой смачивали губы распятых. Поскольку символы христианства перекочевали на игральные карты, карточные игры считались грехом, глумлением над святынями. Здесь, в декоре церкви, эти символы используются в первоначальном значении.

Если присмотреться к каменному фризу ограды аграрного университета, сделанному уже в наши дни во время ремонта, то можно поздороваться с обитателями древнего Пермского моря: этот камень — известняк, в котором множество окаменелостей — кораллов, мшанок и доисторических моллюсков.

Точка 4. Фонтан в Театральном сквере

Это не первый фонтан в Перми, но один из первых. Самый первый был устроен напротив Кашинских бань, а этот фонтан появился несколько позднее. Он изначально выглядел по-другому: на старых фотографиях видно, что он представлял собой грот, выложенный из камней. Грот подсвечивался изнутри, то есть в начале ХХ века уже была электрификация, в том числе подсветка фонтанов. Струи фонтана били в высоту на две сажени — это примерно четыре метра.

Ныне существующий дизайн фонтана — изящная мраморная ваза — появился уже в советское время.

Фонтан был не только декоративный, но и функциональный: в нём жили судачки и стерлядки. Газета «Пермские губернские ведомости» в хронике происшествий писала, что местный житель под покровом ночи пытался спустить воду из фонтана и выловить рыбу, принадлежащую ресторану гостиницы «Королёвские номера». Будучи пойман, он пытался отпереться, но был уличён прохожими.

Да, ресторан держал здесь своих рыбок. Если посетитель заказывал рыбу, мальчишка-поварёнок с судком и сачком — бегом сюда, рыбку вылавливает, на сковородочку, и через 15—20 минут после вкусного салатика — свежайший судачок на столе.

Точка 5. Угол улиц Петропавловской и Сибирской

Мы находимся в Театральном сквере, или в Театральном саду, — кому как удобнее. Название понятное: рядом театр. В советское время сквер назывался Комсомольским. Тоже понятно: в честь того, что в 1929 году комсомольцы разобрали здание Гостиного двора, которое здесь было, а вместе с ним и находившуюся в середине Гостиного двора Никольскую часовню, которая была построена в честь победы в войне с Наполеоном.

…Но мало кто знает, что официально этот сквер называется сквером имени Дягилева: это название дала ему Пермская городская дума в 1992 году, так он и значится во всех официальных документах. При всей любви и уважении пермяков к Сергею Палычу Дягилеву название не прижилось. Попробуйте назначить свидание в сквере имени Дягилева — никто не поймёт, где это.

А между тем здесь всё вокруг связано с Дягилевыми.

Все знают, что на углу улиц Сибирской и Петропавловской находится Дом Смышляева — нынешняя библио­тека имени Пушкина; но Смышляевы были последними владельцами особняка, а его строителем и первым владельцем был Иван Романович Жмаев, друг губернатора Карла Модераха: он построил особняк в 1799 году, в год рождения Пушкина, так что нынешняя библиотека очень в тему.

Это хороший пример сотрудничества власти и бизнеса: капитал Жмаева и административный ресурс Модераха позволили построить здесь в 1810 году Гостиный двор — самое цивилизованное по тем временам место торговли в Перми.

У Жмаева было несколько дочерей. Одна из них — Машенька Жмаева — вышла замуж за Дмитрия Васильевича Дягилева, губернского казначея, прадеда Сергея Павловича. В этом браке родились дети, в том числе Павел Дмитриевич, дедушка импресарио. Сын Павла Дмитриевича — Павел Павлович — отец Сергея.

Дочь Павла Дмитриевича Анна, в замужестве Философова, — мать Димы Философова, кузена Серёжи, одного из создателей объединения «Мир искусства», друга Александра Бенуа. Они вместе учились в гимназии Карла Мая в Санкт-Петербурге, и их называли «майскими мальчиками» или «майскими жуками». Там же учились и худож­ники Валентин Серов, Константин Сомов и Николай Рерих, а также другие будущие «мирискусники».

Они были все такие худенькие, бледненькие, петербургские… И вот к ним приезжает 18-летний кузен Димы Философова — Серёжа Дягилев из провинции, пухлый, румяный, пышущий здоровьем. Они его приняли в компанию: пусть послушает нас, умненьких мальчиков из элитной гимназии! Но Серёжа слушал недолго: взял и возглавил всё их творческое движение.

В Перми Сергей Дягилев учился в мужской классической Александровской гимназии — вот это здание, сейчас в нём административный корпус медицинского университета. На фасаде, выходящем на Сибирскую, — мемориальная доска в честь Михаила Андреевича Осоргина. Никто так трепетно и нежно, с такой любовью не писал про Пермь как про город своего детства, своего рождения, как Михаил Осоргин, который тоже учился в этой гимназии.

В советское время имя Осоргина нигде не звучало, кроме одного места в Москве — театра имени Вахтангова. При царской власти Осоргин в вынужденной эмиграции жил в Италии, в совершенстве выучил итальянский язык и даже там работал чичероне, то есть гидом, а после Октябрьской революции советская власть выслала его за кордон на «философском пароходе» — уже окончательно.

Визитная карточка театра Вахтангова — спектакль по пьесе Карло Гоцци «Турандот». Вахтангов обратился за переводом именно к Осоргину, и в Вахтанговском театре «Турандот» шла в переводе Осоргина. Единственное место, где эта фамилия могла быть увидена в Советском Союзе, — это программки и афиши театра Вахтангова.

Точка 6. Улица Ленина, дом № 25

Замечательный дом на улице Ленина. Он, конечно, красив и снаружи — с улицы, но, мне кажется, штукатурка портит фигурную выкладку кирпича; а вот с изнанки он не оштукатурен, и, если зайти во дворик, то можно рассмотреть все детали кладки и кирпичного декора: разнообразные формы наличников, сандрики, «разорванный» барочный фронтон.

Этот дом принадлежал знаменитым пароходчикам братьям Каменским. Братьев знают многие, но мало кто помнит, что у них была родная сестра Наталья, которая вышла замуж за купца Бахарева. Братья Каменские основали знаменитый монастырь на улице Екатерининской, а сестра — монастырь на Бахаревке; и этот замечательный дом значится в реестре памятников как «Дом Бахаревых — Каменских».

В доме — одни хозяева, во двор чужие не заходят; поэтому во дворе было много хозяйственных построек, в том числе амбары. В начале XIX века амбары во дворах были обычным делом, но практически нигде в Перми не сохранились, а здесь сохранился замечательный кирпичный амбарчик со сводчатой крышей и кованой металлической дверью. Хотя он, скорее всего, пуст, дверь заперта на замок со звездой — знак того, что в советское время постройка принадлежала министерству обороны.

Точка 7. Пермский государственный институт культуры

В нарядном здании на углу улиц Ленина и Газеты «Звезда», построенном по проекту Рудольфа Карвовского, до революции размещалось духовное училище, и при нём действовала Кирилло-Мефодиевская церковь. Мало кто знает, что, если зайти во двор института, можно увидеть монументальную полукруглую апсиду бывшего храма, а на ней — выложенный в кирпичной кладке крест.

Сейчас в бывшей апсиде находится конференц-зал института, а на первом этаже — столовая. Именно благодаря ей можно проникнуть во двор, потому что до 15:00 по рабочим дням столовая открыта для всех желающих.