В поисках жанра
Частная филармония «Триумф» официально представила свой концертный хор
Гюнай Мусаева
Презентация хора Triumphus Vox (6+), которая состоялась 25 и 26 апреля в Доме музыки на «Заводе Шпагина», стала самым громким событием апреля в сфере культуры, затмив даже международный балетный конкурс «Арабеск». Собственно, хор уже не в первый раз показывается на публике, но именно эти два вечера стали официальным объявлением позиции, определением миссии и демонстрацией серьёзных амбиций. Хор частной филармонии «Триумф» позиционирует себя как участник культурной повестки российского масштаба, и все детали презентации это подчёркивали.
…И место действия — культовое пространство, прочно связанное с событиями Дягилевского фестиваля, и время начала — 20:00, по-светски позднее, и антураж — сценический дым, запах ладана, полутьма — всё создавало торжественное настроение, всё говорило: «Это не просто концерт, а некое действие с пафосом, смыслом и значимостью». Действительно, это был не концерт, а хоровой спектакль, в котором действие было не менее важно, чем звук.
В противоположных концах длинного пространства бывшего ремонтного цеха, где на полу ещё угадывается расположение некогда проходивших через всё помещение рельсов, в затейливых переливах света в сценическом дыму (художник по свету — лауреат «Золотой маски» Алексей Хорошев) появились две группы людей, которые сначала смутно угадывались в полутьме, но постепенно проявились; одновременно из полной тишины возник звук, сначала очень тихий, но постепенно крепчающий. Звук очень чистый и единый, буквально рождающийся из ничего, очень инструментальный — скорее просто музыка, чем пение, унисонное многоголосие, впечатляющее единством звучания.
Это было очень сильное начало.
Группы певцов были намеренно разнородными — дети и взрослые вперемешку; образ человечества в его разнообразии, далёкий от привычной для хора выстроенности. Так началось действие, в котором хореограф и режиссёр Ольга Цветкова зашифровала множество классических сюжетов — исторических и культурных. На протяжении всего спектакля артисты хора застывали то в одиночку, то группами по двое и трое, в позах, как будто выхваченных из реальности стоп-кадром, буквально в порыве движения. Это были волнующие моменты, которые будили личные воспоминания и переживания — объятия, встречи и расставания, а также эпизоды с явными отсылками к ключевым культурным сюжетам от пьеты до «Граждан Кале».
Время от времени перформеры объединялись и вновь становились хором — большой, слаженной группой людей, которая не только поёт, но и действует и чувствует в унисон. Когда хор застывал в едином широком луче света, глядя вверх — то ли в ожидании угрозы, то ли в надежде, — тревожное чувство передавалось залу. То и дело внутри хора рождалось слово Remember — «Помни» или «Помним». Это был и отголосок антема Пёрселла Remember not, Lord, our Offences, с которого начиналась вокальная программа, и в целом лейтмотив, проходящий через всё действие.
Движенческая партитура не была буквально танцевальной, но это была активная, энергичная пластика, и хористы отнеслись к своей новой задаче с серьёзностью и ответственностью, действовали уверенно, отточенно и с вдохновением.
При этом основное занятие хора — это всё же пение. Программа была очень разнообразной: музыка барокко, современные сочинения, русская классика, народные песни, духовные стихи. Менялся и состав хора: смешанный, женский, мужской, квартет солисток. В программе участвовали московский хор мальчиков Cantus и небольшая инструментальная группа.
Мастерски выстроенный свет, не менее активный, чем движение, поддерживал музыкальные акценты: так, при исполнении фрагмента «Всенощного бдения» Рахманинова внезапно вспыхнуло полное освещение, которое как будто сказало: «Вот оно, солнце русской музыки!», а также напомнило пресловутое «Не спать!», ведь речь шла о всенощном бдении.
В программе было много проникновенной, задевающей душу музыки, такой как They Tell Us That Your Mighty Powers Пёрселла, столь важной для русского слушателя благодаря «Зеркалу» Тарковского, а для пермяков ещё и благодаря незабываемой постановке «Королевы индейцев» (18+) Теодора Курентзиса и Питера Селларса в Пермской опере.
Кстати, о Курентзисе… Его невозможно не упомянуть. Всё в этом спектакле, который по какому-то недоразумению остался без громкого названия, скромно поименованном «презентацией хора», напоминало о родстве с проектами musicAeterna — и Tristia (18+), хоровой опере Филиппа Эрсана, и перформансами Дягилевского фестиваля 2025 года — «Гендель» (12+) и Esperia (12+), особенно последним, с таким же сквозным хоровым действием. Да и в целом… Тень Теодора буквально витала над этим событием.
Это и преемственность (всё-таки руководитель Triumphus Vox Анастасия Гуляева — выходец из musicAeterna), и оммаж, и откровенное цитирование, вплоть до деталей: светлый ребёнок, проходящий сквозь строй застывших живых фигур, — прямая отсылка к оперным постановкам Дягилевского фестиваля. Цитирование — приём сам по себе вполне уважаемый, но в данном случае неизбежно вызывает сравнения с оригиналом, и эти сравнения могут быть опасными.
Что ж, если уж «Триумф» и его концертный коллектив выбрали такой ориентир, то они рассчитывают на предельно честный разговор.
В предложенной концепции немало изъянов. Так, многочисленные паузы и перемещения певцов создавали длинноты, действие теряло энергию, она буквально улетучивалась в промежутки между произведениями. Само же пение достойно всяческих похвал, работа Анастасии Гуляевой — это не просто безупречность, это талант; но всё же стремление к хорошему звуку пока сковывает хористов, в них слишком много откровенного старания и нет истинной свободы, которая отличает хор musicAeterna. Из-за этого старания, очень внятного выпевания каждого звука возникает ощущение монотонности: произведения, как уже было сказано, самые разнообразные, но звучат всё равно похоже — не по мелодике, а по стилистике, по энергичности.
Публика это чувствовала: несмотря на стремление авторов и участников перформанса к созданию атмосферы священнодействия, это не очень удавалось — свет телефонов, хождения по залу, громкие передвижения стульев разрушали церемониальность события.
Если Triumphus Vox, который, очевидно, находится в поиске собственного сценического жанра, продолжит практику создания хоровых спектаклей, ему многое нужно подтянуть; но у него есть главное — красивое пение, ради которого многое можно простить.
Подпишитесь на наш канал в Максе и будьте в курсе главных новостей.