Юлия Баталина

редактор отдела культуры ИД «Компаньон»

---

Каждая его трещинка...

Открылась юбилейная выставка Анатолия Малиновского

24 марта

Поделиться

Твитнуть

Выставка «Сверяю свет и слово» (0+), открывшаяся в частной галерее «Пермский период», — хороший повод поговорить о творчестве Анатолия Малиновского. Художник, празднующий нынче 70-летие, давно заслужил такой разговор. Творчество Малиновского, не похожее ни на какое другое художественное явление, — это пермский уникум, который понимают и принимают не все, но те, кто принимает, становятся его фанатичными поклонниками.

Медиум Малиновского — фотография. Его работы — прекрасное доказательство того, что фотоискусство — это не «увидел, взял телефон и щёлкнул»: Малиновский над каждой работой тщательно колдует — кадрирование, цветопередача, печать; качество фотопечати — отдельный повод познакомиться с выставкой. И всё же, при всей технической оснащённости автора, его главный инструмент — глаз. Искусство Малиновского — это умение увидеть возвышенное и вечное в сиюминутном и тленном. Фото­художник, как и любой художник, это в первую очередь взгляд, и уже затем — передача этого взгляда.

Основа выставки в «Пермском периоде» — старая и довольно известная серия, давшая название всей экспозиции. В 2015 году она выставлялась в Доме Смышляева и имела довольно большой резонанс. В тот раз удачно совпали содержание и площадка: «Сверяю свет и слово» — это фотоиллюстрации к стихам Беллы Ахмадулиной, в библиотеке такой выставке самое место. Любопытно, как Малиновский соотносит свои снимки и стихотворные тексты; но и сами по себе снимки, безотносительно к стихам, представляют интерес.

Это одна из наиболее простых и понятных серий Малиновского. Здесь есть тонущие в туманах озёра, мокрые сады с цветущими кустами, покрытые инеем деревенские избушки и другие образцы пейзажной лирики. Есть и драматичные сюжетные фото: так, сложные сюжеты и большая перспектива читаются в фотопортретах молодой женщины, сидящей на деревенской лавочке с сумкой на коленях, или мальчика, гуляющего в высокой траве рядом с ажурными воротами полузаброшенной церкви. В обоих снимках есть ощущение времени и внимание к человеческой судьбе, а главное — драматичное, неоднозначное взаимоотношение времени и человека.

Драматизм — двигатель сюжета и тех фото, в которых человек не присутствует, например, пейзажа с заброшенным деревенским клубом, рядом с которым по колено в снегу стоят заржавевшие героические советские то ли сталевары, то ли хлеборобы. Фотография лишена морализаторства или какой-то другой интенции, она фиксирует момент во всей его сложности: элегичность тихой деревенской зимы, покорность времени, которое не щадит ни строения, ни памятники, ощущение уходящей эпохи.

В качестве текстового комментария выступает стихотворение Ахмадулиной «Где Питкяранта?», но, как и во многих других случаях, оно не буквально совпадает со снимком по содержанию, есть изрядный смысловой зазор между ними.

Уже в этой серии кроме фигуративных и очень понятных работ присутствуют снимки из тех, что составляют главный корпус работ Малиновского и создали ему настоящую известность: это макросъёмка различных поверхностей, главным образом — стен зданий со всеми их трещинами, потёками краски и другими дефектами, которые глаз художника превращает в высокую живопись: случайный мазок малярной кисти превращается в улыбку, отпечаток чего-то круглого — в солнце (трава под стеной в этом сюжете становится лесом, над которым это солнце сияет), хаотичный набор царапин — в группу людей в балахонах, ржавчина на облупившейся голубой поверхности — в ряску на пруду, в котором отражается луна — белый неровный отпечаток…

Самые радикальные из подобных снимков — те, в которых случайные сколы, красочные мазки или потёки на пожилой, потраченной временем стене превращаются в фигуры Христа, Богородицы и ангелов. Это удивительные фотографии: абсолютно адекватная, скрупулёзная передача натуры, никаких дорисовок и домыслов, ровно те дефекты красочного покрытия, которые существуют в реальности, но художник увидел в них библейские лики. К этим снимкам хорошо бы подошло известное стихотворение Иосифа Бродского «В деревне Бог живёт не по углам…».

Из этого ряда — «Семь слов», новый цикл из семи фото, которым в «Пермском периоде» дополнили старую «ахмадулинскую» серию. Это иллюстрации к музыкальному сочинению Софии Губайдулиной «Семь последних слов Иисуса на кресте», особо авангардному и сложному для восприятия.

Малиновский соотносит с абстрактной музыкальной композицией столь же абстрактные фото, в которых красочный слой на случайно увиденной поверхности показан так, что кадр составит честь Джексону Поллоку или Марку Ротко. Как и композитор, художник проиллюстрировал реплики из Евангелия, и здесь смысловое совпадение между фото и текстами гораздо более буквальное, чем в иллюстрациях к стихам Ахмадулиной. Как и в иллюстрируемой музыке, в этих фото видны драматичные контрасты и трагическая глубина, для которых в человеческом языке нет слов — музыкальный и изобразительный авангард передаёт их гораздо мощнее.

Выставка Анатолия Малиновского «Сверяю свет и слово» открыта до 11 апреля.