ТРУТНЕВ ОТВЕТИЛ

На вопросы пермских журналистов

Юрий ТРУТНЕВ, министр природных ресурсов РФ:

— Хочу воспользоваться случаем и поклониться всем жителям Пермской области, поблагодарить всех за доверие.

Решение, которое состоялось, было для меня очень сложным. Тем не менее, я думаю, что оно было в этой ситуации единственно правильным.

Хочу также сказать о том, что команда, которую я возглавлял, брала на себя полномочия работать на благо Пермской области в течение пяти лет. Я старался сделать все возможное, чтобы на этот срок мы эту ответственность сохранили.

Я считаю, что выборы губернатора сроком на полтора года — это нецелесообразно: полгода он будет только входить в курс дела, а еще через полгода надо будет готовиться уже к новым выборам — губернатора Пермского края. На этот период внесен федеральный конституционный закон — в случае досрочного прекращения обязанностей действующего губернатора назначается исполняющий обязанности.

Исполняющим обязанности я назначаю Олега Чиркунова. Я думаю, он сможет поработать на благо жителей Пермского края.

Мы также договорились о преемственности команды, традиций, о сохранении политической, социальной и экономической стабильности в регионе.

Я также хочу сказать, что двух моих заместителей — Анатолия Темкина и Виктора Шеина — в команде Олега Чиркунова не будет. Я не считаю возможным справиться в Москве без поддержки. Я сделал им предложение продолжить работу в Москве, и они согласились.

— Ради каких возможностей вы поменяли место губернатора на место федерального министра?

— Для меня никогда не представляло интерес кресло как таковое. Я никогда не строил свою жизнь как лестницу от одной должности к другой.

Я понимаю, что место министра намного менее стабильно, чем место губернатора. Для меня в этом случае главное не должность.

Не хочу говорить, что все получится, потому что даже за те три дня, что я пробыл в Москве, «чудес» было много... Но тем не менее есть шанс сделать много полезного и для Пермской области, и для России. Такой шанс дается не каждому, и мне кажется, что не воспользоваться им нельзя.

Кроме того, если судьба распорядилась так, что последние семь лет я был в системе исполнительной власти РФ, надо понимать: если участок работы дается, то надо стараться исполнить свою работу максимально добросовестно.

— Кто теперь будет представлять Пермскую область в Совете Федерации?

— Я не смогу вам сейчас ответить на этот вопрос. Потому что все происходило с калейдоскопической скоростью. И мы старались, во–первых, принять самые необходимые и самые важные решения, во–вторых, сохранить ту конструкцию политической стабильности и устойчивости, которой Пермская область в последнее время и отличается, и гордится. И за счет чего многое в Пермской области происходит чуть лучше, чем у соседей.

Надо было провести очень много встреч, решить очень много проблем, понять правильность тех или иных решений. И представительство в Совете Федерации пока оказалось, скажем так, приоритетом №2. На сегодняшний день оно не обсуждалось. Мы будем над этим думать, и надеюсь, что, несмотря на то, что табличку уже заменили, я тоже буду участвовать в этом обсуждении.

— Вы возьмете на работу в министерство только Анатолия Темкина и Виктора Шеина или кого–то еще? И кто займет место вице–губернаторов, которые уезжают с вами?

— Я с большим удовольствием буду продолжать работать с людьми, которых я знаю и которым доверяю. Мои возможности в этом отношении небезграничны. Понятно, что я не могу привезти с собой полминистерства.

Мне было важно решить вопросы приоритетов. И, честно говоря, схема для меня немножко даже стандартная. Начиная с администрации Перми, мы всегда высаживались компактным, но профессиональным и достаточно жестким десантом, который начинал расчищать вокруг себя обстановку и структурировать среду под поставленные задачи. В данном случае они сформулированы президентом.

Что касается вопроса о вице–губернаторах, я думаю, будет правильнее задать этот вопрос Олегу Анатольевичу. У вас будет возможность «попытать» его с пристрастием, но — уже после меня.

— Юрий Петрович, мы знаем, что очень много зависит от личностей. Мы, горожане, очень сожалели и сейчас сожалеем, что вы ушли с поста мэра. Сейчас будет сожалеть Пермская область. В связи с такой перестановкой не получится ли, что Пермская область померкнет на региональном небосклоне?

— Вы знаете, все это зависит от нас всех. Видит Бог, я старался работать так, как мог. Но было бы очень странно говорить, что, мол, здесь есть один человек, который может претендовать на кресло вице–губернатора, а больше нет никого. В Пермской области много талантливых и способных людей, которые могут продолжать работать в системе управления.

Я честно скажу: мне кажется — и это сыграло большое значение в понимании мною того, что дальше будет делаться, — совокупные политические и экономические возможности Пермской области от результатов данных процессов увеличиваются. Причем увеличиваются достаточно значительно.

Я могу вам сказать, что у меня очень хорошие впечатления от кадрового состава нового кабинета Правительства Российской Федерации. Мне кажется, что с этими людьми можно решать вопросы гораздо более прямым и эффективным путем.

Не случайно Пермская область занимает 14–е место в Российской Федерации. Думаю, это будет очень важный момент.

Я очень надеюсь, что мы будем работать с Олегом Анатольевичем так, что через какое–то время окажется, что общий результат получится лучше. Во всяком случае, такая задача перед нами стоит.

— Какие задачи сформулировал перед вами президент и как вы лично относитесь к идее введения природной ренты?

— Задачи сформулированы простые. Повысить эффективность использования природных ресурсов.

Сейчас надо сказать, что министерства переходят на новый порядок построения, очень четко разделены функции, четко разделены полномочия. Мне кажется, что это поможет сделать федеральные ведомства эффективнее и прозрачней. У нас большая работа впереди. Сроки, которые нам ставятся, со стороны представляются почти нереальными. В протоколе решения правительства сроки фигурируют — три дня, пять дней. А за каждым из этих сроков — огромная работа.

Работа предстоит огромная, но я очень надеюсь, что она позволит в целом перестроить на уровне людей систему управления.

По природной ренте я пока не буду отвечать. Я встречался в Москве с журналистами, мне тоже начали задавать массу вопросов: что будем делать с заповедниками в Москве, что будем делать с природной рентой? Я ответил, что не уклоняюсь от вопросов, а просто прошу дать мне тайм–аут, потому что отвечать сейчас, не подумав, будет непрофессионально и неправильно.

Мне нужно прежде всего выстроить и структурировать систему управления природными ресурсами Российской Федерации. После этого выстроить систему приоритетов, согласовать ее с руководством страны, потому что это не может быть политикой министерства, это — политика государства.

— Вы называли Олега Анатольевича Чиркунова своим ближайшим помощником при разработке поручения президента в рамках промышленной политики. Какова судьба этого проекта, будет ли он кому–то передан?

— Он будет передан Виктору Христенко, который сегодня возглавляет данный блок, мы с ним уже это обсудили. И становится понятно, что добиться полезности этого документа будет гораздо проще, потому что не надо выходить на правительство и говорить: господа, мы вот что придумали, обратите на это внимание, пожалуйста. Все гораздо проще. Я подхожу к Виктору Христенко и говорю: «У меня есть труд, который считаю полезным, надо этот труд оценить». Никаких проблем. Проще и короче путь, меньше внутреннее сопротивление.

Здесь, кстати, была интересная вещь. Ваши московские коллеги перепутали мои материалы, которые я вообще–то никому в открытое пользование не давал, и справочные материалы рабочей группы. И попытались сделать выводы о моем отношени к недропользованию по справочным материалам, которые готовили совершенно другие люди. Забавно и интересно было это читать.

— Когда президент предложил вам стать министром, чем он это мотивировал?

— А вы знаете, такие решения не мотивируют.

То, что Владимир Владимирович считал важным сказать, он сказал во вступительном слове. Премьер–министр, со своей стороны, охарактеризовал каждого назначаемого.

Я думаю, главное не то, что сказано сейчас. Главное то, что каждый из нас может.

Мы прекрасно понимаем, что вопрос не в том, с какими характеристиками мы входим, это было важно для принятия решения. Сейчас важно, чего мы добьемся на своих рабочих местах.

Могу сказать, что понимание степени ответственности у нового кабинета весьма сильное. Пока ни один рабочий день из трех состоявшихся у меня в Москве раньше 23 часов не заканчивался. То есть работают все серьезно и действительно понимают, что та новая команда, которая пришла, должна что–то эффективное сделать.

— Насколько для вас было ожидаемым или неожиданным это назначение?

— Очень хороший вопрос. Вы знаете, длительное время на разных страницах разных изданий обсуждалась тема моего ухода в Москву. Я каждый раз совершенно последовательно говорил, что эти слухи не имеют под собой основания. Удивительно, что я и сейчас готов это подтвердить. Это действительно странно, но это так.

Предложение занять кресло министра природных ресурсов прозвучало 4 марта на моей встрече с президентом Российской Федерации. Тогда обсуждались вопросы об объединении Пермской области и Коми–Пермяцкого автономного округа, я докладывал Путину о промышленной политике.

Могу совершенно честно вам сказать, что никаких предварительных разговоров на эту тему со мной или с кем–то не было. То есть это было предложение президента, сформулированное на данный момент. Я, естественно, не мог это оглашать до того, как пройдет процедура представления.

Три дня я действительно знал о том, что предложение сделано и что, скорее всего, оно будет реализовано. Но не имел права говорить об этом. До этого времени никаких обсуждений и никаких моих инициатив, что я буду уходить и не доработаю пятилетний срок, не было. Тем не менее это свершилось.

И я хочу еще раз повторить, что, как мне кажется, в целом от этого ситуация для Пермской области улучшилась.

— Как вы видите свое участие в образовании Пермского края теперь, будучи министром?

— Я буду заниматься профессиональной деятельностью, соответственно, тем, что связано с природными ресурсами и Пермской области, и Коми–Пермяцкого автономного округа. И мы постараемся построить работу так, чтобы недропользователи не спотыкались о чиновников, чтобы они не ожидали месяцами, когда министерство соизволит что–то решить. Мы постараемся добиться того, чтобы у людей был понятный, открытый и сформулированный в государственной политике принцип отношений с недропользователем. Это важно и для края, потому что сегодня как минимум треть экономики Пермской области и Коми–Пермяцкого автономного округа связана с ресурсами.

Я очень надеюсь, что из круга людей, которым не безразлична судьба Пермской области и которые будут участвовать в обсуждении подготовки к объединению, я не выпаду.

— Если правительство отправят в отставку до выборов губернатора Пермского края, вы будете принимать участие в выборах?

— Я отвечу на этот вопрос таким образом. Я не связываю свою жизнь с Москвой. Я связываю с Москвой свою работу, для меня это рабочий, служебный период. Его длительность будет определяться премьером и президентом Российской Федерации. А жизнь свою и понимание того, где я хочу жить, я связываю с Пермской областью.

Доживем до 2005 года — тогда и будем говорить о том, что в 2005 году делать.

— Будете ли приезжать в Пермь, общаться с журналистами?

— С большим удовольствием буду встречаться.

Что касается поездок — может, это и не всех интересует, но могу сказать, что я маму не могу успокоить уже три дня. Я не мог ее увидеть, но в разговорах по телефону пока успокоить не могу.

Я буду стараться здесь как можно чаще появляться. Более того, вот эти три дня меня просто с машины снимали по дороге в аэропорт. Я уже выезжал, говорил: мне, мол, в Пермскую область надо. Нет, через час у Фрадкова совещание.

— Надо полагать, вы уже познакомились с министерством. Там Виталий Артюхов уже успел перед своим уходом много чего сделать...

— Я не хочу сейчас оценивать работу бывшего министра, ни перед уходом, ни после ухода. Могу сказать другое: сейчас в структуре Министерства природных ресурсов работает профессиональная группа, которая очень тщательно проверяет, скажем так, все материалы, выпущенные министерством в последний период. Более того, остановлена регистрация всех лицензий, выпущенных в этот период, поскольку они должны быть проверены.

То, что за прошлый месяц было выдано всего 54 лицензии, а за эти три дня, насколько я знаю, 45, мне не нравится. Мне кажется, что министерство попыталось как–то изменить стандарты и в последний день разгуляться.

Я уже всех предупредил, что, во–первых, мы действительно остановили государственную регистрацию, и решения, которые приняты необоснованно, пропущены не будут. Во–вторых, люди, которые этим пользуются, работать, очевидно, не будут в ближайшее время.

— Вы сказали, что Москва — это временный период и жизнь свою связываете с Пермской областью, а что, на следующие президентские выборы не пойдете?

— Несуразный вопрос, потому что, еще раз говорю, во–первых, я пошел на работу министра природных ресурсов по приглашению президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина. Таким образом, я уже проявил публично свое решение работать в его команде и вместе добиваться лучшей жизни для всех, живущих в Российской Федерации. Я считаю это принципиальным и буду вести себя соответствующим образом.

— А что вы будете делать, если Путина не выберут президентом?

— Я думаю, что это как раз правильно и по–мужски, когда решение о том, будешь ты работать в команде или нет, принимается не тогда, когда всех уже избрали, а на пороге перед выборами. Я решение принял сейчас. И первое, я абсолютно убежден, что Владимир Владимирович будет президентом страны на следующий период. Второе: я готов к любой ситуации, и в любом случае ни о чем не буду сожалеть.

— Будучи министром, вы по–прежнему будете принимать участие в автогонках?

— Вопрос своеобразный. Могу одно сказать. Понятно, что даже по чисто профессиональным и этическим соображениям выступать на автомобиле с надписью «ЛУКОЙЛ» я не смогу. Это неправильно и недопустимо. Поэтому смогу ли я сесть за руль какого–то другого автомобиля? Принципиально мне это по–прежнему интересно. Но если заканчивать работу в 23 часа, то когда же садиться за руль? Поэтому думаю, что в настоящий момент в моей спортивной биографии возникает значительная пауза.

Что же касается спорта вообще, то я уже попросил кухню, которая была организована за кабинетом у бывшего министра, как–то освободить от кухонного оборудования, я туда лучше тренажеры поставлю.

Каждый свободный выходной день я постараюсь приезжать в Пермь.

— Будет ли меняться система работы компаний на сырьевом рынке? Компания «ЛУКОЙЛ» упрочит свои позиции? И витает ли идея введения госмонополии на экспорт природных ресурсов Российской Федерации?

— Я прошу прощения, что не отвечу на ваши вопросы, связанные с приоритетами министерства. Они должны быть сформированы, согласованы. Рассуждать, «как я хотел бы», в должности министра неприлично, я обязан говорить, как я буду делать.

Что касается развития той или иной структуры, могу сказать совершенно точно: ни на одну из компаний, работающих в РФ, я работать не буду. Я буду работать на Российскую Федерацию.

— Что вы скажете о структуре правительства?

— Чем нравится структура? Во–первых, не только и не столько структура, а в значительной степени персоналии. Мне кажется (это мое личное мнение), что из предыдущего состава правительства перешли работать самые эффективные, опытные и профессиональные кадры. Это первое, и это очень важно.

Сейчас состав кабинета министров настолько компактен, что общение происходит в режиме каждого с каждым. В то же время, с точки зрения сокращений, работа будет организована так: все функции министерства тарифицируются с точки зрения занятого в нем персонала. Сейчас перед нами стоит задача направить в правительство структуру и функции по каждому агентству.

Что касается тезиса, что люди найдут работу, — это нормальный, правильный тезис. Сокращение в любых компаниях и организациях исходит из того, что мы обязаны трудоустроить людей, но это не значит, что обязательно в правительство или министерство.

— Юрий Петрович, уволенный министр слегка подорвал свое здоровье. Как у вас с этим дело обстоит? Есть ли кому позаботиться, чтобы вы позавтракали, пообедали, поужинали. И не предлагали ли вам телохранителя? (Смех в зале.)

— Со здоровьем у меня, слава Богу, все замечательно.

У меня, честно говоря, нет даже времени, чтобы это все обдумать. Мне звонят близкие люди по телефону и спрашивают, как у меня настроение. Я говорю, что не знаю, я о настроении даже как–то не задумываюсь.

— Юрий Петрович, в случае досрочного сложения полномочий губернатором его обязанности исполняет первый заместитель или просто заместитель. Олег Чиркунов не является ни тем ни другим.

— Олег Анатольевич назначен вице–губернатором Пермской области.

— Как вы относитесь к кандидатуре Валерия Сухих на следующих мэрских выборах? Кого вы видите возможным следующим мэром?

— Уважаемые коллеги, у меня к вам есть простое предложение. У нас с вами впереди полтора интересных года, когда мы будем реально участвовать в процессе интеграции субъектов, готовиться к объединению, к первым выборам губернатора Пермского края. Мы будем потом вместе рассуждать, кого мы будем поддерживать на пост мэра, кого будем поддерживать на пост губернатора. Это нормальная жизнь. Загадывать за полтора года вперед мне кажется неправильно.

Олег Анатольевич только начинает работать в качестве заместителя губернатора, пусть покажет, на что он способен. Он тоже входит в этот участок с большой ответственностью. Он за себя сам ответит.

Я хочу еще раз сказать: то, что я жизнь свою связываю с Пермской областью, это факт. Я думаю, мы вместе убедимся, что это так и будет.

Хочу еще раз поклониться всем жителям Пермской области.

(по материалам пресс–конференции Юрия Трутнева, состоявшейся 12 марта в Перми)