СУММЫ КОНТРАКТОВ

Пермских моделей с зарубежными агентствами не разглашаются

«Мы не можем сообщить сумму, на которую был подписан контракт с зарубежным агентством», — сообщили «Компаньону» директора всех модельных агентств Перми, имеющих опыт работы за границей. Причины — «коммерческая тайна», «боимся «братков», «не хотим неприятностей с налоговой инспекцией».

«Компаньону» известны девять пермских модельных агентств (театры моды не рассматриваются):

— «Бон–Тон» (детское агентство), Angel, Nord Star, Belle (не имели опыта работы за рубежом),

— Lik Star (действующий контракт Екатерины Щекиной с агентством Women Management, Франция, Италия; действующий контракт Дарьи Мохнаткиной с агентством Merilin Caultier, Франция),

— The Best Models (семь лет назад полугодовой контракт получила модель Оксана с Axelle, Япония),

— Great Model (трехмесячный контракт Ксении Балайшис на работу в Тайланде),

— «Астарта» (действующий контракт Татьяны Сидорчук с Roxane, Франция; разовая фотосъемка Надежды Коньковой для буклета, Турция),

— Fashion Design (действующий контракт Натальи Полевщиковой с Roxane, Франция).

Таким образом, от Перми за границей в данный момент работают пять моделей: Щекина, Мохнаткина, Балайшис, Сидорчук, Полевщикова. Точнее, прямо сейчас не работают, август — «мертвый» сезон в моделинге по всему миру. Исключение составляет Наталья Полевщикова (теперь уже Poly). Ей повезло — не прекращает зарабатывать деньги и репутацию даже летом: «Она находится в Японии. Ее отобрали для «Шанель–Тура», — сообщила директор Fashion Design Елена Торопова.

Моделинг, ау!

Количество выходцев на зарубежную арену, с одной стороны, радует — для Перми это диковинка, редкость, а с другой стороны, почему, собственно, это редкость?

Эльвира ЗАЙЦЕВА, директор модельного агентства Great Model:

— Модельный бизнес — это спорт. Международный контракт — это высшая лига. Но есть много уездных «команд». Моделинг в Перми — это игры. Если у агентства нет выходов на Запад, на сеть международных агентств, я называю такое мертворожденным, пустышкой. Первоочередная задача директора — продвигать свои кадры, а иначе зачем нужно агентство?!

Андрей КЫЛОСОВ, директор модельного агентства The Best Models:

— Я не сижу каждый день и не думаю о том, как бы заслать какую–то девочку за границу. Если появится однозначно коммерческое лицо, которое точно будет продаваться, я займусь этим. Но этого лица можно ждать всю жизнь. По разовому контракту сложно судить об успешности агентства. Иностранцы ищут в другом агентстве прежде всего партнера, который будет бесперебойно поставлять им свежие типажи. Свою задачу как директор пермского агентства я вижу в том, чтобы создать сначала базу здесь. Параллельно работая с зарубежными агентствами.

Агентство The Best Models занялось странным, на первый взгляд, делом — легализацией своего бизнеса. Ведение «белой кассы», расчеты через Сбербанк, уплата положенных налогов... Все это кажется невероятным. Плюс к этому Кылосов декларирует отказ от эскорт–услуг, причем так, «чтобы даже не звонили в агентство с просьбой предоставить девочку на роль спутницы», «чтобы вообще такой дурной славы не было». «Я потеряю на этом кучу денег, — не скрывает директор The Best Models, — но без этих мер пермский моделинг не обелить».

План по «реабилитации» у Андрея Кылосова такой: создать официальную модельную школу (судя по всему, пока единомышленником является только агентство Nord Star, с которым удалось объединиться и примкнуть к гуманитарно–технологическому институту), начать работу с сетью компаний (пока мечта–утопия — убедить фирмы развивать свои PR–стратегии и щедро платить за выбранное «лицо компании»), заронить зерно юридического консалтинга в сферу моделинга (сейчас «юристов для моделей» в Перми просто нет), а также создать материальную базу (деньги — в перспективе — будут поступать от спонсоров и зарабатываться самими агентствами). И только тогда можно будет говорить о подобии равенства между «нами» и «ими».

«Иметь расчетный счет, конечно, нужно, это статус, приятный даже для девочек, которые занимаются в агентстве, но затраты... В этом бизнесе выгоднее работать неофициально», — поделился с «Компаньоном» своими наблюдениями на этот счет директор другого пермского модельного агентства.

Виктория КАРТАШОВА, директор модельн ого агентства «Астарта»:

— Моделинг в Перми есть. Он растет. Но... непонятно, куда. Показы происходят, как стихийное бедствие. Если девочкам на них и платят, то смешные деньги. Самое прибыльное для них — это работа на презентации. Я лучше пошлю своих моделей стикеры раздавать, чем на модный показ. Пусть уж деньги получают, а не для дядей и тетей бесплатно ходят.

Елена ИВАНОВА, директор модельного агентства Lik Star:

— Предел мечтаний для модели в Перми — это фестиваль моды «Бриллиантовая булавка». Девчонки с удовольствием там работают, но нужно же двигаться дальше! Я уверена, что им обязательно нужно ездить. Через страх, через стереотипы, пробовать пробиться и сделать карьеру. Конечно, в сказку сразу не попадут, но трудностей станет меньше после двух–трех визитов. Вот Катя Щекина уже четвертый раз едет во Францию, а все равно ей сложно. Раздумывает, ехать ли вновь, но отдохнет дома с друзьями, мамой и опять понимает, что реальный рост и деньги ждут ее не здесь, а там.

Елена ТОРОПОВА, директор модельного агентства Fashion Design:

— Если модель позиционирует себя как профессионал, то ей легко работать в любой стране мира. Наталья Полевщикова практически безвылазно находится во Франции (приезжает только продлевать визу), и у нее нет сомнений: вернуться или не вернуться. Благодаря контракту, она может позволить себе связи, язык, учебу на заочном отделении в московском вузе. И только там наша 18–летняя девчонка может позволить себе зарабатывать от $5–6 тыс. без всякой грязи.

Цифрами слухи полнятся

Рассказы о баснословных гонорарах моделей директора отказались подтвердить цифрами, но поделились процентными соотношениями.

Елена ТОРОПОВА:

— Например, агентство Ford заключает контракт на три года и $150 тыс., что составляет $50 тыс. ежегодно. От этой суммы модель получает 50% в Италии и 30% во Франции. 30% забирает французское агентство, из них же 10% перечисляют на счет материнского агентства, остальная сумма должна покрыть издержки, связанные с пребыванием модели (питание, проживание, дорога, перелет, оформление документов). Как правило, приезжую модель кредитуют на сумму около 1100 евро. Все, что тратит принимающее агентство на содержание, оно вычтет из ее доходов. Заберут даже стоимость карты метро, которой снабдили девочку в первый день. «Убыточных» моделей немедленно депортируют на родину.

Виктория КАРТАШОВА:

— Пермские модели совсем необязательно работают «в плюс» начиная c первого приезда за границу. Татьяна Сидорчук едет во Францию второй раз, и мы морально готовы к тому, что денег на руки она не получит. Я считаю, это нормально — она еще только зарабатывает себе имя. Но и «в минус» не попадает: ежедневное содержание в $35–40 и прочие расходы агентства она отрабатывает и перед посредником задолженностей не имеет.

Третьим будешь?

Как выяснилось, некоторые пермские агентства полагаются на опыт московских коллег. «Зачем совершать ошибки, которые в свое время они уже сделали?» — рассуждают директора агентств «Астарта» и Fashion Design. Сотрудничество с Международным альянсом модельных агентств (М.А.М.А.), агентством ABC Models и Владом Метревели лично забирает у них определенный процент, но при этом они избавлены от головной боли, связанной с юридическим оформлением девочки, вывозом ее за границу и прочей ответственностью. «Избавление от этой нервотрепки стоит тех денег, которые они от нас получают», — с облегчением признаются и Торопова, и Карташова.

Другие, напротив, предпочитают не делиться с посредниками и работать с Европой напрямую: «Зачем мне помощь от Москвы, если я сама в состоянии собрать необходимые документы и получить для девочки визу?» — говорит Елена Иванова. Директор агентства Lik Star постепенно отходит от сотрудничества с Метревели, при этом оставаясь друзьями: «Мы часто советуемся, но контракты я заключаю напрямую — Пермь–Париж».

А директор агентства Great Model изначально не принимала политику объединения.

Эльвира ЗАЙЦЕВА:

— Это слияние с М.А.М.А. — просто стремление «состричь бабки» с дурочки Перми. Мне не нужны никакие партнеры для того, чтобы проверить чистоплотность приезжих скаутов или навести справки об иностранном агентстве.

Надбавка за прописку

У любой красивой девушки есть гражданство. Часто — не самое выгодное в том или ином бизнесе. Для мирового моделинга Россия — не в фаворитах, хотя славянки всегда в цене. Ниже нашей родины стоят страны, которые мы не будем обижать здесь перечислением. Но нужно отдавать себе отчет в том, что моделинг — рисковое дело. «В августе 1898 года иностранцы поняли, как опасно вести дела с Россией, — говорит Кылосов, — теперь осторожничают».

По карте и в экономическом смысле Пермь — провинция. И это знают Москва и Европа. А потому плата за услуги модели здесь или отсюда будут ниже московских и уж, конечно, парижских. За работу на модном показе в Перми девушка получает примерно 100 рублей. За границей (при всем неуважении к России) таких цен нет ни в одной, даже самой завалящей, смете. Вот какие цифры называют директора агентств, чьи воспитанницы поработали за пределами страны.

Елена ТОРОПОВА:

— Работа для фоторекламы в Париже оценивается от $400 — это очень низкая цена. Такой вид работы обогащает бук (портфолио) девочки. Фотографий такого уровня в Перми не делают, так что им нет цены. Работа на показе зависит от уровня модели и модельера и стоит от $1100; $700 можно получить за съемку в Чехии в белье или обнаженной.

Эльвира ЗАЙЦЕВА:

— Я считаю, что на продвижение в Европе модель может рассчитывать только имея заслуги в восточных странах. Например, Ксения Балайшис, которой сейчас 15 лет, делает себе клипы в Тайланде. Под клипами я понимаю то, что она может предъявить при устройстве на работу уровнем выше — обложки, фотосессии в журналах. При такой возможности можно согласиться на контракт с гарантированным доходом в $2 тыс. в месяц. В Перми она бы имела 200 руб. за съемку на теплоходе и зарплату в 50 руб. после двухчасовой работы для благотворительной акции.

Елена ИВАНОВА:

— Я сообщаю расценки, которые существуют в агентствах Парижа и Милана: $1–2 тыс. стоит рекламный заказ на щит, журнал, буклет в зависимости от объема работ. Причем могут доплатить. Так, Катя Щекина получила доплату за то, что ей приклеивали длиннющие искусственные волосы для рекламы Harley Davidson, а потом отрывали вместе со своими. Show–room (демонстрация одежды в престижном магазине по просьбе покупателя) стоит $50–150 за день работы, работа на сезонном показе (допустим, Fashion Week) — $400–800. Заметьте, в Европе обязательно платят больше за показ нижнего белья и купальников: тело для такой работы должно выглядеть гораздо гламурнее, так что оплата в два раза выше. Это вам не пермский показ, в котором за показ шубы и белья дают по 100 руб.

Пропишем все на берегу

Бывалые директора рассказали о различиях в контрактах. По словам Эльвиры Зайцевой, в Москве есть как минимум одна юридическая фирма, которая занимается исключительно трудовыми контрактами моделей. В Перми эта ниша свободна не только от конкуренции, но и от обитания. Некоторые пункты серьезных контрактов для пермских красавиц являются шоком. Мы уже привыкли к тому, что девушка не имеет права стричь или перекрашивать волосы, если на нее есть заказ. Но такое... Непривычно, во–первых, то, что все расписано слишком детально, во–вторых, в формулировках встречаются вещи, которые нашим не пришло бы и в голову оговорить.

Елена ИВАНОВА:

— Может встретиться такой пункт: «По истечении данного контракта модель не имеет права сниматься с дикими животными в течение трех лет». Нормой является то, что прописываются детали: во время фотосъемок в комнате будет поддерживаться температура в 22 градуса, цвет стен — голубой, модель будет сниматься на таком–то фоне. И это подписывают все стороны! Так что если что–то не соблюдается (хотя не думаю, что за этим следят), то модель или агентство в принципе могут предъявить претензии.

Быть ли «звездой»?

В поисках счастья покорять иностранный подиум из Перми рискуют отправляться единицы. Вступает в силу нелепая фраза: «Хотеть и ехать — это разные вещи». Помехой для карьеры становится семья, друг, учеба, лень, неумение общаться с людьми в принципе и на английском в частности и проблемы... с ориентированием на местности.

«К сожалению, для русских моделинг — хобби, а для иностранок — работа, — говорят директора агентств. — Наши красавицы не привыкли вставать в пять часов утра, делать свежий маникюр и к десяти мчаться на кастинг в один конец незнакомого города, предварительно заняв очередь на кастинг в противоположном конце».

Другие и рады бы уехать, но... внешности не хватает. «Принимая в школу при агентстве, мы сразу сообщаем, у кого есть шанс впоследствии стать моделью, а у кого нет. Это как в баскетболе: если тебя взяли в «Урал–Грейт–Юниор» — совсем не значит, что примут и в «Урал-Грейт». Но те же директора признаются: у нас живут красивейшие девушки! «Винегрет» из национальностей, заложенный природой в их типажах, за границей не найти.

А вот с юношами все «глухо» — русские парни не пользуются даже мизерным спросом.

Кратко о главном

На контракт с зарубежным агентством может рассчитывать модель, чей директор (агент) регулярно посещает международные выставки, имеет контакты за пределами города или страны или хотя бы знает, что такое интернет. Канал Fashion TV безуспешно взывает к Перми, приглашая на конкурс моделей в Монте–Карло: «You are a model? Ask your agency to contact us on www.ftv.com» Кажется, заграница по–прежнему говорит с нами не на том языке. Кстати, модели сами выражают минимум заинтересованности и активности для получения контракта с заграницей. Ну, ничего, подождем скаутов. У них — нюх, они «звезду» сразу разглядят.