Совокупность лжи

Как отправить человека в тюрьму на основании недопустимых доказательств: «опыт» полиции Осы

Поделиться

У молодого Андрея Зверева 30 августа 2019 года случилось радостное событие: родился сын. Однако радость серьёзно омрачена: вполне возможно, ребёнок первые годы жизни проведёт без отца. В мае этого года Осинский суд приговорил Андрея к лишению свободы за нарушение ПДД, повлёкшее смерть человека. Сегодня адвокаты парня пытаются обжаловать приговор, ведь в его основе, по их мнению, сплошь недопустимые и недостоверные доказательства. Юристы и эксперты уверены: эти доказательства попросту «состряпаны». Возможно, для того, чтобы не допустить преследования другого участника злополучного ДТП — члена семьи высокопоставленного полицейского Осы.

ДТП под Осой

Авария произошла на дороге Кукуштан — Чайковский, за 7 км до Осы. 16 августа 2018 года примерно в 22:40 23-летний Андрей Зверев ехал домой в Осу на своей «десятке», рядом сидел его приятель. Было уже темно. Внезапно после отворота на деревню Козлово из темноты появился мотоцикл с двумя молодыми людьми, на который машина Андрея просто «напоролась» на всём ходу. Водитель мотоцикла выжил, а вот сидевший на заднем сиденье 16-летний парень от удара умер: приехавшая скорая констатировала, что помочь ничем уже нельзя.

Прибывшему на место аварии наряду ГИБДД всё было ясно. Китайский мотоцикл Fosti выскочил с прилегающей дороги на главную. Его водитель, 19-летний Роман Смирнов, был пьян. Они с пассажиром ехали без шлемов. Мотоцикл не был даже поставлен на учёт в ГИБДД, и это неудивительно: он был неисправен, на нём не горели задние фонари, отсутствовали катафоты, одежда мотоциклистов не содержала люминесцентных нашивок. Водители называют такой транспорт «чёрная смерть» за его невидимость на дороге, и они совершенно правы.

Судя по всему, мотоциклист был хорошо знаком дорожным полицейским. «Ну что, доездился?» — такой была, по словам Андрея Зверева, первая фраза, которую они произнесли, увидев Смирнова. Также он вспоминает, что, составляя протокол, полицейские старались его ободрить: «Ты ни в чём не виноват, успокойся!» Вскоре, говорит Андрей, на место ДТП приехал начальник Осинского межмуниципального отдела МВД Иван Дьяконов (ныне находится в должности заместителя начальника отдела). Тот стоял в стороне, рассказывает Андрей, в работу сотрудников ГИБДД не вмешивался. Но причину необычного факта — главный полицейский Осы прибыл на ДТП — осмыслить Звереву придётся уже потом, когда в ходе расследования одна за другой начнутся странности, которые и приведут к приговору.

ДТП под Осой

Как положено, Андрея Зверева направили на медицинское освидетельствование. Он был трезв. Его машина была исправна, все технические регламенты исполнялись вовремя, страховка имелась. В дальнейшем по заключению независимого эксперта выяснится, что двигалась машина с разрешённой скоростью — примерно 87 км/ч. Зверев просто физически не мог заметить выехавший перед ним мотоцикл, на котором не работали приборы освещения.

Но есть труп. Значит, должно быть уголовное дело. В финале расследования — установлен виновный, который за это понесёт наказание. Оса — город небольшой. Всем известно, что пьяный водитель мотоцикла Роман Смирнов — член семьи Ивана Дьяконова. А Зверев — простой парень из семьи работяг. Мама — бухгалтер, отец — вахтовик. Поэтому мало кто удивился, что «расследование» пошло по тому пути, по какому пошло.

Вот неполный список нарушений и откровенных подтасовок. Их приводят адвокаты Андрея Зверева в кассационной жалобе, которую будет рассматривать президиум Пермского краевого суда.

11 сентября 2018 года следователь проводит дополнительный осмотр места происшествия. Якобы это было нужно для получения исходных данных, в том числе о «видимости малозаметного препятствия в виде мотоцикла с неработающими приборами внешнего светового освещения, подлежащих внесению в постановление о назначении автотехнической экспертизы» (такое постановление было вынесено только 21 декабря 2018 года). Но по результатам «осмотра» следователь составил протокол, из содержания которого следует, что фактически был проведён следственный эксперимент с использованием мотоцикла другой модели.

Разница существенная, поскольку нарушаются требования УПК РФ. Закон гласит, что следственный эксперимент следователь правомочен проводить только в рамках возбуждённого уголовного дела. По состоянию на 11 сентября никакого дела не было, а значит, проведение следственного эксперимента было недопустимо.

Осмотр места происшествия — это первоначальное следственное действие, которое позволяет получить первичную информацию об обстоятельствах дела, и протокол осмотра должен отражать именно результат наблюдения субъекта, его проводящего, и не должен смешивать иные следственные действия. Уголовно-процессуальный закон закрепляет исчерпывающий перечень следственных действий, а также требования к их процессуальной форме (порядку проведения, способу фиксации доказательств и т. д.). При этом закон не разрешает смешивать следственные действия — проводить одно в рамках другого.

Сама процедура следственного эксперимента, фактически проведённого 11 сентября и названного «дополнительным осмотром места происшествия», прошла с нарушениями. На них указывает как адвокат Андрея Зверева Александр Купчик (к слову, имеющий значительный опыт работы в ГИБДД), так и автоэксперт Виктор Стрига (стаж экспертной работы — с 1990 года). Если не вдаваться в технические детали, вывод обоих экспертов таков: была нарушена утверждённая приказом Минюста РФ методика определения общей и конкретной видимости, что повлияло на конечные данные осмотра. Следовательно, такие «доказательства» недопустимы.

6 ноября 2018 года был проведён ещё один следственный эксперимент с целью установления фактической скорости движения мотоцикла. «В ходе этого эксперимента мотоциклом управлял Роман Смирнов в свете фар движущегося рядом легкового автомобиля, поскольку на дату ДТП фара мотоцикла была неисправна и едва освещала дорогу. Установление скорости движения мотоцикла таким способом (с использованием света работающих в нормальном режиме фар легкового автомобиля) явно не соответствует дорожно-транспортной ситуации в момент ДТП», — указывает Александр Купчик.

Этот эксперимент, по словам адвоката, прошёл со множеством иных существенных нарушений требований статьи 181 УПК РФ и методического пособия для экспертов, судей и следователей «Транспортно-трасологическая экспертиза по делам о дорожно-транспортных происшествиях».

В частности, для эксперимента использовался мотоцикл другой марки и модели, нежели был в реальном ДТП. Был проведён всего лишь один контрольный заезд, тогда как методика требует делать их несколько. «В ходе контрольного заезда на злополучном перекрёстке мотоцикл выехал на трассу без остановки у дорожного знака «Движение без остановки запрещено». Перекрёсток не зафиксирован ни в прилагаемой к протоколу осмотра места происшествия схеме ДТП, ни в протоколе дополнительного осмотра места происшествия от 11 сентября 2018 года. Вопрос о том, состоят ли в причинной связи нарушение мотоциклистом Смирновым требований знака «Движение без остановки запрещено» при выезде на трассу и ДТП, следствием не исследовался. Не определено также точное место столкновения относительно границ данного перекрёстка, а это существенно влияет на решение вопроса: имел ли Андрей Зверев техническую возможность предотвратить столкновение?» — перечисляют нарушения эксперты.

Но венец этих «доказательств» — способ определения скорости движения мотоцикла Fosti в момент злополучной аварии. Её определили «по ощущениям» самого водителя мотоцикла Романа Смирнова, который, как известно, тогда был пьян: алкоголь обнаружило судебно-химическое исследование его мочи, да он и сам не скрывал в показаниях, что весь вечер он и его погибший приятель пили.

К слову, если Андрей Зверев был сразу направлен на медицинское освидетельствование, то Романа Смирнова сотрудники полиции «продули» алкотестером только через три часа после аварии. О его опьянении удалось узнать только потому, что в медучреждении, куда его привезли сразу после аварии на скорой, был взят анализ мочи. В уголовном же деле и на следствии факт опьянения Смирнова пытались скрыть. «Такой избирательный подход возможен, когда твой родственник — сотрудник полиции», — рассуждают адвокаты. А ведь нахождение водителя в состоянии алкогольного опьянения за рулём транспортного средства является отягчающим обстоятельством, поскольку провоцирует других водителей на совершение ДТП, в том числе с человеческими жертвами.

Принимая решение о проведении 6 ноября 2018 года следственного эксперимента с целью установления скорости движения мотоцикла, следствие не установило обстоятельства: мог ли Роман Смирнов в день ДТП адекватно в состоянии алкогольного опьянения воспринимать дорожную обстановку, в том числе скорость движения мотоцикла с неработающим внешним световым оборудованием? Получается, вина водителя Андрея Зверева, обладающего приоритетом проезда перекрёстка (что, кстати, не упомянуто ни в предъявленном обвинении, ни в приговоре суда), установлена на основании «ощущений» пьяного мотоциклиста Смирнова?

Но так уж вышло, что вот эти «пьяные ощущения» и множественные нарушения, допущенные следствием при фиксировании «доказательной базы», не только легли в основу уголовного дела и обвинения Зверева, но и были затем приняты судом к рассмотрению и в дальнейшем учтены при вынесении приговора. Из материалов, если коротко, следовало, что Зверев был недостаточно осторожен и не предотвратил наезд, хотя мог. В постановлении пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре» чётко разъяснено: обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих, толкуются в пользу подсудимого. Однако это положение законодательства никакого впечатления ни на прокуратуру, подписавшую обвинительный акт, ни на осинских судей, вынесших обвинительное решение, не произвело. Приговор Андрею Звереву: два года и три месяца в колонии, а также запрет на управление автомобилем на три года.

Одновременно со Зверева взыскали в пользу потерпевших (родителей погибшего парня) почти 1,5 млн руб., ну и, конечно, 20 тыс. руб. процессуальных издержек. То есть ему ещё велено оплатить весь этот «театр правоохранительного и судебного абсурда».

9 июля 2019 года судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда, рассмотрев апелляционные жалобы, «смягчила» приговор, «скостив» два месяца запрета на вождение машины. В остальном оставила приговор без изменения.

Примеров подобных «расследований» в Перми не счесть. Так, «Новый компаньон» давно и подробно описывал дело Николая Скорнякова, чей сын погиб в ДТП с участием пьяного водителя. Следствие, несмотря на показания свидетелей и очевидные факты, умудрилось указать, что в момент удара сын Скорнякова «поменялся местами» с водителем, и признать его виновным. Только обращение Николая Скорнякова в СМИ и личная встреча с руководителем СК Александром Бастрыкиным смогли остановить это бесстыдство. Сегодня следователь по делу покойного Скорнякова-младшего сама отправлена под суд.

Вот и Андрей Зверев, его родители, друзья, да и все жители Осы, получили наглядный урок работы нашей уголовно-правовой системы. Хотя кассационная инстанция суда и запросила уголовное дело Зверева, особых иллюзий по поводу возможности добиться справедливости в Пермском крае семья Андрея не питает. Поэтому они готовятся к долгой дороге по высоким инстанциям. Ведь хочется, чтобы новорождённый сын Андрея Зверева вырос рядом с любящим отцом, а не встретился спустя годы с обозлённым на всеобщую несправедливость незнакомым ему «отсидком».


Справка

Следственный эксперимент проводится в условиях, максимально сходных с условиями, в которых произошло исследуемое событие (действие):

• в месте, где происходило исследуемое событие;
• в той же или в реконструированной обстановке, в которой происходило событие;
• в то же время суток, при той же освещённости, в сходных с исследуемым событием метеорологических и звуковых условиях;
• с использованием тех же или сходных предметов;
• с привлечением тех же лиц, которые участвовали в исследуемом событии, или лиц, по физическим данным сходных с ними;
• с соблюдением того же темпа проведения опытных действий, в котором происходило исследуемое событие.


Поделиться

Быстрый поиск

общество суд ДТП Оса