«ДЕМОКРАТИЯ В РОССИИ – ЭТО САУНЫ, ПРОСТИТУТКИ И ЗАБАСТОВКИ»

Протестовали, как водится, не «за», а «против». Локомотивщики - против «произвола» со стороны руководства Свердловской железной дороги, учителя и кондукторы автобусов - против «произвола» со стороны администрации Перми, будущие врачи - против строительства развлекательного комплекса рядом с общежитием Медицинской академии на улице Попова. Три первые акции начались в 11 утра и проходили рядом: у здания мэрии и в Театральном сквере. Так что можно было наблюдать всех участников сразу.

Больше всего впечатлили две пожилые женщины. Первая - с наклеенным на обрезки картонных коробок портретом Сталина; вообще-то она выступает против развала СССР, но по возможности посещает все протестные митинги. Вторая ходила в обнимку с газетами типа «Трудовая Россия», «Рабочая Россия» и т. д. Причем не раздавала их, а продавала по 3 руб. за штуку! Непокупающих корила: «Надо читать газеты! Ну что вы на самом деле? Ни стыда у вас, ни совести!».

«Вступай в профсоюз,

покажи, на что ты годен!

Вступай в профсоюз,

докажи, что ты свободен!

Ведь свобода - это море,

докажи, что ты не трус!

Вступай в профсоюз!

Вступай в профсоюз!»

- заливался магнитофон у подножия памятника Ленину. Рядом стояли рабочие-локомотивщики. Черные кожаные куртки, руки в карманах, нахохлились воробьями. Всего человек 20. С учетом тех, кто пришел не митинговать, а посмотреть.

В речах митингующих чувствовались интонации обделенных: «Частная собственность - вот главный источник наших проблем. Когда господа лезли на нашу шею, они нам пели красивые сказки. Сегодняшний митинг - это наглядная, убедительная акция, что мы терпеть издевательства над собой до бесконечности не будем».

Под «господами» разные выступающие имели в виду разных лиц: собственников заводов, администрацию железной дороги, чиновников - области и города, российских законодателей...

В толпе, хотя это, пожалуй, громко сказано, среди наблюдателей был и представитель администрации Свердловской железной дороги. Услышать одновременно митингующих и его комментарии было удачей для того, кто хотел разобраться в происходящем.

«Я говорил и буду говорить, что наш Трудовой кодекс написан работодателями для защиты интересов работодателей». - «У нас такое трудовое законодательство, что пьяницу просто так с работы не выгонишь. В этот профсоюз вступают те, у кого с работой проблемы. Ни одного благополучного человека тут нет».

«Требуем повысить безопасность, обновить парк!» - «Если поезд не соответствует инструкциям, он в рейс не выйдет. Локомотивы не производятся, все стареет, но это объективная причина».

«Мы требуем сесть за стол переговоров и вести нормальный диалог. Мы - такие же работники!» - «А мы не обязаны с ними разговаривать! Есть закон о профсоюзах, переговоры ведутся, если в профсоюз входит больше 50% работников. Да им денег надо! Одно из требований - поднять зарплату до среднеевропейской. Давайте тогда и тариф поднимем до европейского - в четыре раза, остановим всю промышленность в России».

«Непонятно, зачем создавать альтернативный профсоюз, если официальный объединяет 93% работников, выдвигает те же требования и при этом - успешно. В Екатеринбурге «альтернативщиков» - человек 10. А расцвел профсоюз у нас: 39 человек официально перечисляют взносы. Значит ли это, что у нас - демократия?» - «На железной дороге нигде демократии не бывает. Только во Франции, они там вечно бастуют».

«Протесты - это признак того, что регион... не бедный. Вот на Горьковской железной дороге железнодорожники не бастуют. Люди держатся за свое место, любую работу готовы выполнять за деньги. Протест - это знак стабильности. Признаки демократии для России - это бани, сауны, проститутки и забастовки».

Почему на акции протеста приходит так мало людей? Боятся начальства? А может быть, просто работают?