Никого впереди

Избранные фрагменты из новой книги Евгения Сапиро

Плюсануть
Поделиться

От автора

Книги не приносят аисты, их не найдёшь в капусте. Их рожают. В муках. Осознанно. Эта — не исключение.

В далёкие школьные годы учебники по гуманитарным дисциплинам я воспринимал как сухую справку, описывающую, кто, что и когда натворил. По форме — что-то вроде набора чёрно-белых фотографий со скупыми надписями под ними. Зато хрестоматии с их жанровым многообразием смотрелись мною как фильм: в цвете, в движении, а если сосредоточиться, то даже со звуком, дающими возможность почувствовать дух времени.

За свою жизнь я не только написал несколько монографий по экономике, но и отметился в мемуарном жанре.

Три года назад, перелистывая свои довольно откровенные воспоминания, я попытался прочитать их глазами молодого читателя. Просто задал себе вопрос: почувствует ли он деловую атмосферу моей эпохи, уже ставшей для кого-то историей второй половины прошлого века. И был разочарован. Стремление описать прошедшие события точно и правдиво, да ещё со ссылкой на персоналии, привело к «справке», к статичному «чёрно-белому» изображению.

Тогда-то и возникла, наверное, очень странная для моего возраста мысль: создать на этом материале «художественный фильм», пригодный для «хрестоматии». По какой дисциплине? Да, например, по новейшей истории, политологии, менеджменту, экономике. Но, главное, чтобы с ароматом тех десятилетий.

«Попытка не пытка, — решил я. — Будем рожать».

Зачатие, как и положено, доставило мне удовольствие, но вскоре начались неприятности. Тошнота от сделанного. Головокружение, но не от успехов. Где-то на половине пути даже появилась мысль прервать творческую беременность.

Уберегла от минутной слабости подружка по ремеслу — журналист и писатель Светлана Федотова. После ее: «Рожать и только рожать!» — плод стал активно прибавлять в объёме и в весе. Наступил момент, когда он попросился на свет.

А здесь без медицины — никуда.

Но медицина-то теперь платная! Спасибо спонсорам, давним моим соратникам: политику и предпринимателю Олегу Чиркунову, компании «Новомет» в лице её генерального директора Олега Перельмана. Они создали все условия, чтобы акушеры издательского роддома (Ильдар Маматов, Лилия Дубовая, Инна Плотникова, Елена Северюхина, Людмила Черных) филигранно приняли роды без вреда для здоровья ребёнка... и автора.

За это им всем мой нижайший поклон!


Политическое

Никого впереди

Политика — занятие коварное, чистоплюйство и слабину не прощающее. Расстегнул душу на одну пуговицу больше положенного — моментально получишь в неё плевок.

* * *

Система и конкретный человек в ней — две разные вещи. Бывает, что выбора у человека нет. Вот тебе система и живи в ней по её правилам. Например, советским.

Нет, если не хочешь, не живи.

* * *

Непозволительно играть в одни и те же игры и с отдельным человеком, и с государством. Человек отходчив, государство злопамятно. У человека ты всего лишь немного украл, завысил цену. А государство за ту же цену предал.

Мальчики! Это совсем разные статьи Уголовного кодекса!

* * *

Перед назначением начальник станции сказал ему тоном, исключающим дискуссию:

— Главный инженер станции должен быть человеком партийным и женатым. Невесту я тебе предложить не могу. Её надо выбирать по собственному вкусу. А Коммунистическая партия у нас, слава тебе Господи, одна. Зайди к парторгу и напиши заявление. Я его предупредил.

* * *

Поддерживающих его депутатов было всего восемь. Но эта восьмёрка плюс он, девятый, гарантированно обеспечивала получение тридцати двух голосов при любом голосовании. Если бы лет пять назад потребовалось назвать их сообщество одним словом, вне конкуренции прозвучало бы «авторитеты». Но в девяносто пятом году этот респектабельный термин уже был передан в лизинг бандитам.

* * *

Ректора медицинского института этнические тонкости родословной соискателя не интересовали. У него была достоверная информация, что уролог Брюллов имеет золотые голову и руки. И ещё он твёрдо знал, что мужские проблемы могут плохо повлиять на «качество жизни» не только представителей трудового народа, но и его слуг, включая первого секретаря обкома. Понимая, что если первому секретарю не всё равно, кто перед ним — русский, немец, еврей или кореец, — то его предстательной железе без разницы, чьи пальцы её массируют, лишь бы были половчее.

* * *

Человеку хочется хорошо выглядеть, а государство не любит тех, кто сам высовывается из ровного, в ниточку, ряда. Поэтому всегда находились люди, которые пытались снять это противоречие. Они пытались проложить обходные тропки мимо населённого пункта под названием «Социалистическая законность». Одним это удавалось, другие за такой туризм получали сроки.

* * *

Даже с рядовыми обкомовскими аппаратчиками ссориться лучше, чем с постоянным официантом: что не так — в суп плюнет.

* * *

К мужикам, которые регулярно изменяют своим жёнам, Дьяков относился без осуждения. Но и без зависти. Соблюдаемая им «морально устойчивая» позиция в своё время была идеологически обоснована старшим товарищем. В далёком 1974 году предшественника Дьякова — председателя райисполкома — за «аморалку» лишили должности, да ещё по партийной линии закатили строгий выговор «с занесением». Дьяков, со ссылкой на аппаратную молодость, спросил у первого секретаря райкома партии:

— Не слишком ли сурово за один проступок?

— На нашем с тобой руководящем уровне, молодой и растущий товарищ, отдаваться надо работе, а не бабам. Полностью. Если, помимо жены, тебя ещё тянет «на сторону», значит, по основному месту деятельности ты валяешь дурака. Это и есть второй и самый тяжкий проступок. Исключение может быть только физиологическое — для асов Большого секса. Но они везде, в том числе и в наших рядах, попадаются редко.

* * *

С призывом к энергичному общению с зарубежьем я солидарен и поддерживаю. Но при этом прошу не забывать классику: «Мадемуазель, не путайте суетливость с темпераментом».

* * *

Так получилось, что рыночная экономика российской сборки начала девяностых получилась отличной от прототипа, который описывали в монографиях нобелевские лауреаты. Наша была столь же сложна, но у неё не всегда срабатывали тормоза, была отключена половина контрольных приборов, регулировки были выполнены «на глазок», а водитель был жуликоват и мог выйти на работу с похмелья.

* * *

Ведомство, ответственное за приватизацию, возглавил молодой и, мягко говоря, рыжеватый Анатолий Чубайс. Теперь каждый житель страны за символические деньги мог получить ценную бумагу номиналом 10 тыс. руб. под названием «ваучер», обменять его на акции своего предприятия, участвовать в чековом аукционе или просто продать. Главный приватизатор пообещал, что в обозримом будущем стоимость одного ваучера и двух автомобилей «Волга» сравняются.

Сейчас, в декабре, одна «Волга» стоила 3 млн руб., а у ворот Центрального пермского рынка к концу дня за ваучер давали лишь одну бутылку водки ценой в 2 тыс. руб. В очередной раз разочаровавшийся народ в ответ стал называть «Чубайсами» нахальных рыжих котов, а мужское достоинство — «ваучером».

* * *

В перерыве хоккейного матча к Морозовскому подошёл депутат и бизнесмен Владислав Скачко, последнее время стремительно набирающий деловой и политический вес.

— Ефим Маркович, не верю глазам: вы — и в одиночестве.

— Владислав Борисович, ты неправ. Я не один, а с пивом. И поверь мне, отличным, настоящим чешским. Я в нём толк понимаю.

— Вы меня исключили из числа старых добрых знакомых? Я двадцать лет с удовольствием отзывался на ваше обращение «Влад». А тут такой официоз.

— Хрен его знает, растущий ты наш. Не исключено, что угораздит тебя в губернаторы или, страшней того, в президенты, тогда куда денешься, придётся переучиваться. Врождённая бдительность подсказывает, что чем раньше это сделать, тем лучше.

Менеджмент

К вершинам карьеры нас ведёт соблюдение трёх правил:

— имей то, чего нет у других;

— делись им, но не задаром;

— делая добро, не скромничай.

* * *

Для того чтобы к тебе хорошо относились, совсем не обязательно совершать подвиги. Надо только помнить, что маленькие занозы могут сидеть в задницах даже очень больших людей. И совсем не зазорно приглядеться, с чего он так ёрзает на своём руководящем кресле, и помочь освободиться от раздражителя.

* * *

Дружба — дружбой, а оплата сдельная.

* * *

Номенклатурный работник должен уметь скрывать свои чувства. А из тебя так и хлещет счастье человека, после долгого ожидания оседлавшего унитаз.

* * *

Первую неделю нового года Дьяков пережил с трудом. В ней было всего три рабочих дня, в которые нормальные люди не работают. Но в этот раз он относился к «ненормальным». Его душа жаждала действий: встречаться с кем надо, воплощать задуманное. При таком настроении вынужденные каникулы нужны столько же, сколько виагра солдату-первогодку, обречённому во благо Отчизны на суровое воздержание.

* * *

Лёгкие победы чём-то схожи с бегом по длинному коридору со стеклянными дверями. У первой открытой вы приостановитесь. У второй, тоже открытой, на всякий случай чуть притормозите. Мимо третьей открытой промчитесь бегом, чтобы со всего хода прямо физиономией врезаться в четвёртую — предательски закрытую.

* * *

В управлении любой организацией должны быть голова и шея. Но так получается далеко не всегда. Порой обнаруживается лишь задница с позвоночником, годные только для крепления к ним всего того, что положено.

Открытость собственной финансовой «кухни» подобно неумелому раздеванию, которое превращает высокое искусство стриптиза в примитивный предбанник.

* * *

Рубль — не часовая стрелка. Он должен крутиться быстро!

За жизнь

В жизни для полного счастья всегда чего-то недостаёт. В солёном огурчике — твёрдости, в автомобиле — резвости, в любимой женщине — преодоления усталости, появившейся в самый неподходящий момент.

* * *

Бабником он не был даже в холостяках. Но не пойти навстречу соблазнительной женщине, проявлявшей к нему внимание, его организм не мог. Металлурги тоже люди не железные.

* * *

Зарабатывать малые деньги, дорогая моя, это борьба за существование, а очень большие — увлекательный спорт!

* * *

Вслух материться он не мог по определению. Но даже искажённый звук телефона правительственной связи отчётливо передал нецензурный крик его души.

* * *

— Ты меня ни с кем не перепутал? У меня недостатков больше, чем томов в полном собрании сочинений товарища Ленина, но подлости среди них нет.

* * *

За последнюю половину века отношение и руководства, и народных масс к высокому начальству, меняющему постаревших боевых подруг на более свежих, в корне изменилось. Ротация в интересах здорового образа жизни не только не осуждается, но и негромко приветствуется. Да и передовой зарубежный опыт свидетельствует о том же: французский президент Николя Саркози праздновал свою, третью по счёту, свадьбу в Елисейском дворце. Этим мужчинам и их последователям, сохранившим вкус к жизни, можно только по-хорошему позавидовать. Их предшественникам такое и не снилось.

* * *

Если бы я был теоретиком, то получал бы зарплату в кассе не районной потребкооперации, а института философии.

* * *

Проверено на себе: утверждение, что холодец не гармонирует с виски, — бесчеловечная дезинформация ЦРУ.

* * *

К работе он относился, как к жене, с которой в согласии прожито два, а то и три десятка лет. Это когда в любви давно не объясняешься, но существовать без неё не можешь.

* * *

Особенно праздник железнодорожников понравился гостям с далёких станций и полустанков. Мужчины смаковали дефицитное в те времена пиво. Женщины обменивались мнениями о манекенщицах местного Дома моделей, демонстрирующих на футбольном поле себя и красивые платья. А ещё, конечно, о бравых музыкантах военного оркестра, задающих им ритм. Высоко оценивались как платья, так и оркестранты. По поводу манекенщиц единодушно высказывалось пожелание увидеть «эту худобу» на отсыпке земляного полотна пути.

* * *

Что общего и разного у хорошего болельщика и хорошего футболиста?

Общее то, что оба они знают, как надо играть, что делать на поле. Но футболист, в отличие от болельщика, это ещё и может.

* * *

Лет десять назад, когда Морозовский, как обычно, прилетел с семьёй в Бендеры проведать отца, любознательные внуки, проводившие ревизию дедовского гардероба, обнаружили в нём пиджак, весь увешанный медалями и значками.

— Батя, я ни разу тебя с этим иконостасом не видел, — удивился Фима.

— Да я его на людях ни разу и не надевал. Это же всё «за взятие» да юбилейные цацки. Дадут очередную, я её на этот пиджак приколю и опять в шкаф. На праздники надеваю только «Славу» и две медали. А потом, ты его надень, попробуй. Застегнись на все пуговицы.

Сын выполнил указание.

— Ну что? Тяжело, неудобно, бряцаешь, как старая кастрюля с крышкой. Если подумать, сынок, то многие наши ценности и почести на самом деле такая же обуза. А теперь сними. Чувствуешь, как полегчало?


Как коллега — коллеге

Мне повезло: роман Евгения Сапиро «Никого впереди» я прочитала в рукописи — автор прислал мне его как «коллега — коллеге». Причём, как позже выяснилось, это была только первая часть.

Есть неизъяснимая прелесть в том, чтобы читать книгу и «с пылу — с жару», но тут было особое удовольствие: это оказалась сага, причём неожиданно хорошая. Место действия, и время — узнаваемы, а персонажи — живые люди, истории которых безумно интересны. Главное: это наш «Вечный зов», она про нас, вернее, наших родителей и кажется, что всё было на самом деле!

В переписке выяснилось, что автор на перепутье: с одной стороны, есть задумки продлить действие, а с другой стороны, Евгением Сапиро овладела болезнь всех романистов, которую можно выразить фразой: «А кому это надо?» Лечат такое только искренними восторгами. Собственно, у Евгения Сапиро — действительно талант романиста. Пишет он ярко, мощно, достаточно пространно, чтобы полотно времени ожило, но одновременно ёмко, чтобы не утомить читателя. Главное, он ничего не боится: производственный процесс лихо монтирует с постельными сценами и честно рассказывает, что же было с родиной и с нами.

В общем, любой на моём месте поступил бы также: потребовал продолжения.

Спустя время автор прислал вторую часть. И это был восторг: сага стала полноценной, зажила своей жизнью, налилась формами, цветом и запахами. Кроме того, от второго прочтения хорошая книга становится ещё лучше.

И вот книга вышла! Буду читать ее в третий раз, уже на бумаге, и вам советую: современных рефлексий «про нас» и про разные жизненные стратегии на переломе времён, не так уж много, вернее, их, можно сказать совсем нет.

И не верьте авторам, когда они говорят, что кто-то на что-то их подвиг. Это они сами всё сделали, это бьющая в них магма искала и нашла выход, чтобы запечатлеть время, которое мы с вами вместе прожили, во всей его пугающей и притягательной красе.

Светлана Федотова


Плюсануть
Поделиться

Быстрый поиск

книги культура