Валерий Матвеенко: Что есть наука, как не творчество?

Председатель Пермского научного центра УрО РАН поделился с «Новым компаньоном» своим видением роли академической науки в развитии региона

Плюсануть
Поделиться
Валерий Матвеенко

— Валерий Павлович, тренд последних лет на углубление связей академической науки с реальной экономикой — это смена парадигмы, некий новый вызов для научного сообщества?

— Собственно говоря, никакой смены парадигмы нет. Во всех вариантах уставов как Российской академии наук, так и её институтов определены три основные задачи: фундаментальные исследования, прикладные исследования, то есть работы для реальной экономики и подготовка кадров высшей квалификации. И мы эти задачи выполняем.

С полным основанием можно утверждать, что многие научные и технические достижения страны, как в прошлом веке, так и в новейшей истории, связаны в той или иной мере с Академией наук СССР, которая трансформировалась в РАН. Все российские нобелевские лауреаты в области науки — сотрудники институтов РАН. Выдающиеся учёные и конструкторы Сергей Королёв, Андрей Сахаров, Игорь Курчатов, с которыми связаны успехи космического и атомного проектов, были действительными членами РАН. Наши земляки, генеральные конструкторы Павел Соловьёв, Леонид Козлов, Лев Лавров были членами-корреспондентами РАН.

Для наших институтов связь с реальной экономикой важна не только как источник дополнительных финансовых поступлений. Очень часто проблемы производства стимулируют новые фундаментальные исследования.

Однако когда мы говорим об углублении связей, не нужно это воспринимать прямолинейно. У нас в стране так принято, что показатели должны расти от достигнутых. Например, с каждым годом должно быть больше молодых учёных. При таком понимании задачи в конечном итоге в институтах будут работать студенты и аспиранты.

Так же обстоит дело и с углублением связей с реальной экономикой. Мы можем постоянно наращивать и углуб-лять эти связи. И тогда в силу законов сохранения, которые, как вы знаете, работают в любых сферах, можно не выполнить главную задачу — осуществление фундаментальных исследований. Хотя жизнь и подталкивает к этому, так как на прикладных работах можно зарабатывать иногда и больше.

Приведу конкретный пример. В одном из наших отделов разработаны уникальные системы интеллектуального мониторинга механического состояния инженерных систем. Работы востребованы, и на этом направлении можно заработать достаточно прилично, но тогда мы пожертвуем перспективой фундаментальных исследований. Поэтому для каждого научного коллектива крайне важно найти оптимальный вариант сочетания фундаментальных и прикладных работ.

— Какие актуальные проблемы решает в настоящее время академическая наука для пермской промышленности? Можно назвать её «великие дела»?

— Отвечая на вопрос, необходимо сделать одно важное замечание. Дело в том, что, прежде чем наши институты были созданы, мы прошли большой путь, связанный с обоснованием целесообразности их открытия. Одним из ключевых пунктов этих обоснований была потребность пермских предприятий в хорошей фундаментальной науке по соответствующим направлениям. Так что мы изначально были нацелены на взаимовыгодное сотрудничество.

И ещё одно, на мой взгляд, важное замечание. В советские времена достаточно часто контакты предприятий и институтов определялись не только реальной потребностью в конкретной работе, но и другими, не всегда понятными для дела показателями и соображениями.

Сейчас ситуация другая. Все умеют считать деньги. Заказы на конкретные работы поступают только тогда, когда предприятия реально нуждаются в результатах исследовательской работы и не могут решить возникающие задачи самостоятельно или силами подведомственных институтов.

Естественно, я не могу перечислить все работы последних лет, или, как вы говорите, «великие дела». Важный и интересный цикл работ, связанных с созданием новейшего авиационного двигателя ПД-14, выполняется для ОАО «Авиадвигатель» Институтом механики сплошных сред УрО РАН. В ходе этих исследований получены важные, в том числе фундаментальные, результаты, имеющие значение не только для «Авиа- двигателя».

Например, с использованием новейших возможностей по передаче больших массивов информации отработана технология проведения экспериментов, в которой в режиме реального времени обрабатываются гигантские объёмы информации на суперЭВМ, территориально расположенной в другом городе. Образно говоря, реализована ситуация, когда рядом с нашими экспериментальными установками работает суперЭВМ, входящая в России в первую пятёрку по производительности.

Для нас очень интересна и перспективна работа с одним из самых высокотехнологичных предприятий края — Пермской научно-производственной приборостроительной компанией. В последние годы решён ряд важных прикладных задач. В процессе этого сотрудничества пришло понимание необходимости развития в Перми фундаментальных исследований в области фотоники, и в Пермском научном центре УрО РАН была создана лаборатория фотоники, которая, по моему мнению, имеет хорошие перспективы для дальнейшего роста.

Необходимо отметить хорошую динамику развития сотрудничества с пермскими строительными компаниями. Здесь оказалось много интереснейших задач. Одно из направлений связано с созданием систем мониторинга механического состояния инженерных и строительных конструкций. Важность этих работ очевидна. В отличие от аналогичных работ наши системы мониторинга можно назвать интеллектуальными. Они не только регистрируют состояние объекта, но и позволяют прогнозировать его будущее поведение. Здесь уместна аналогия с человеком. Важно не только знать температуру пациента, но и определить причину повышения температуры и путь её нормализации.

И уж если заговорили о человеке, то в последние годы совместно с пермскими медиками выполняется цикл междисциплинарных работ в области медицины. И уже есть опубликованные в веду-щих научных изданиях результаты в области новых подходов в диагностике онкологических заболеваний, сахарного диабета, в применении новых материалов в стоматологии.

Ученые Горного института УрО РАН с момента своего создания (более 20 лет) выполняют важные работы для горнодобывающих предприятий Березниковско-Соликамского района. Я с полным основанием могу говорить о том, что это сотрудничество — не плод хороших соседских контактов, а результат того, что по уровню квалификации и приборному оснащению коллектив Горного института УрО РАН или не уступает, или превосходит своих российских и зарубежных коллег.

Институт технической химии УрО РАН работает со многими предприятиями химического и нефтеперерабатывающего комплексов.

Важные результаты в области биотехнологии получены в Институте экологии и генетики микроорганизмов УрО РАН. Одна из работ, связанных с биологическими методами рекультивации земель, загрязнённых разливами нефти, была недавно удостоена премии правительства РФ. Эта технология актуальна и для Пермского края.

Мы всё время говорим о наших связях с промышленными предприятиями, но для края не менее важны и исследования гуманитариев. Только один пример. Археологические исследования отдела истории, археологии и этнографии Пермского научного центра УрО РАН открывают миру глаза на то, что история Пермского края не только стартует с деяний Татищева и Строганова, а имеет гораздо более глубокие корни, связанные с мировыми цивилизациями.

— Но деятельность учёных, очевидно, не ограничивается потребностями региона?

— Высокотехнологичные предприятия края взаимодействуют с десятками предприятий из других регионов и стран. И это естественно. Также и институты, безусловно, работают, ориентируясь на промышленность страны в целом, на международные проекты.

Я даже не берусь оценивать, с кем мы больше работаем. Вот свежий пример, как хорошая наука приводит к решению важнейших прикладных задач. На протяжении более чем 10 лет в Институте механики сплошных сред УрО РАН ведутся работы по изучению эффекта МГД-динамо, который является первопричиной наличия магнитных полей у космических объектов, в том числе и у Земли. И здесь наша команда является одним из мировых лидеров.

Серьёзные фундаментальные исследования явились основой и для прикладных работ. Были созданы различные насосы, перемешиватели, дозаторы для жидких металлов. Эти устройства работают в Соликамске, Березниках, вне Пермского края — в Германии, Испании.

Совершенно недавно появилась потребность в нашей команде у Росатома для решения проблем безопасности существующих АЭС и создания новых. Только за прошедший год в институте под эти работы создан не имеющий аналогов в стране лабораторный комплекс. За последние два-три года институт заключил ряд важных контрактов с Роскосмосом.

Если взять Горный институт УрО РАН, то им выполняются работы в Воркуте, Норильске, Белоруссии и других регионах.

Приведённые примеры не исчерпывают перечень работ с другими регионами как уже упомянутых институтов, так и у других институтов Пермского научного центра УрО РАН.

— Обострившаяся политическая ситуация, когда речь идёт о международных санкциях, сказывается на ваших зарубежных контактах?

— Я этого не ощущаю. Никто из моих коллег никаких тревожных сигналов на этот счёт не подавал. Количественно наши показатели с точки зрения контрактов, поездок и других форм сотрудничества не изменились.

Может быть, стоит отметить, что в отличие от прежних лет наши обмены перестали быть «дорогой с односторонним движением». То есть не только наши исследователи выезжают за рубеж, но и наши зарубежные коллеги проложили дорогу в Пермь, в том числе не только для участия в конференциях, но и для конкретной исследовательской работы в наших институтах.

Ну, и один пример на тему дня: к нам поступили две научные статьи из Запорожья на предмет публикации в российском научном журнале, который издаётся в Перми. В приличном научном журнале есть определённый порядок рассмотрения статей, в частности рецензирование. Естественно, что в угоду политическим соображениям этот порядок меняться не будет. Будут нормальные рецензии, статьи будут опубликованы, а если нет, надеюсь, что украинские коллеги не отнесут это к политике.

— Как складываются у представителей фундаментальной науки взаимоотношения с региональной властью? Взаимодействие существует?

— Я достаточно много поездил по стране и знаком с состоянием дел по организации науки во многих российских регионах. Поэтому с полным основанием могу сказать, что по уровню поддержки науки и образования со стороны региональной власти Пермский край в России находится в лидирующей группе.

Это взаимодействие складывается на протяжении двух последних десятилетий. Очень важно, что политика края в этом направлении сохраняет преемственность при смене наших политических лидеров.

В Пермском крае был принят один из первых региональных законов о науке. Мы участвуем в формировании различных проектных решений. Нас приглашают в качестве экспертов при разработке комплексных программ там, где это необходимо. Нас знают, и мы знаем, куда пойти в случае наличия каких-то проблем.

— Какая из проблем сегодня для институтов наиболее актуальна?

— Оценивая динамику развития наших академических институтов, можно с полным основанием утверждать, что по большинству показателей она положительная. Пожалуй, главная для нас проблема — это как пройти постоянную череду различных реформ и не потерять при этом то положи-тельное, что накоплено за последнее десятилетие.

— Каковы в настоящее время источники финансирования?

— Источники финансирования различные. Прежде всего это базовый бюджет — субсидия государства на те научные исследования, которые включены в соответствующие госпрограммы. Ещё один серьёзный источник — средства, поступающие от предприятий за выполненные заказы. Существенная доля приходится на различные гранты, конкурсы (региональные, федеральные, международные), которых проводится достаточно много. Если проект хороший, он всегда пробьёт себе дорогу.

Пожалуй, из нового я бы отметил появившийся интерес к результатам науки со стороны малых предприятий. Пока это первые шаги, когда инвестор, финансовые возможности которого значительно уступают крупным предприятиям, вкладывает в исследования значительную часть своего капитала. Мне представляется это очень важным. Мировой опыт говорит о том, что малые предприятия более мобильны с точки зрения инноваций.

— Вы однажды сказали, что наука — это элемент культуры, в том числе культуры в регионе. Что вы под этим подразумеваете?

— Наука — тот необходимый компонент, без которого цивилизованное общество существовать просто не может. В своё время французский физик Жолио Кюри сказал, что страна, которая не поддерживает науку, в том числе фундаментальную, неизбежно становится колонией.

Я не культуролог, но знаю, что во всех определениях культуры содержится творчество. А что есть наука, как не творчество?

И в этом плане наши институты дополняют палитру культуры в Перми. Научное сообщество реализует не только свои узкопрофессиональные функции, но и в различных формах взаимодействует с окружающей средой. Здесь уместны различные примеры. Говорят, что «театр начинается с вешалки». И нам, в частности, не стыдно за внешний и внутренний вид наших институтов. Мне всегда приятно видеть удивление зарубежных коллег, когда за Камой в Сосновом бору перед ними открывается наша территория.

Другой пример. В начале 1990-х годов, в самые тяжелые для нас времена академик Валерий Черешнев, который сегодня возглавляет комитет Госдумы по науке и высоким технологиям, первый председатель ПНЦ, член-корреспондент РАН Юрий Клячкин и Людмила Корж объединили любителей музыки из наших институтов и возродили традиции салонных музыкальных концертов. Образовался музыкальный клуб «Классик», который стал за эти годы частицей музыкальной культуры Перми.

Мы много работаем с молодёжью. Ну и конечно, важный элемент — это работа со студентами в рамках сотрудничества академических институтов и вузов.

— Это сотрудничество или конкуренция?

— Конечно, сотрудничество, хотя здоровая конкуренция никогда не помешает. И это очень важно — не перейти грань здоровой конкуренции.

Мне представляется, что иногда «сверху» подаются импульсы к нездоровой конкуренции. Но эти импульсы, к счастью, обошли Пермь стороной.

Для нас сотрудничество с вузами крайне важно. Это и совместные проекты различного плана, объединение усилий и возможностей на крупных направлениях, междисциплинарные работы, совместное использование уникального оборудования и, конечно, приток свежих сил.

Наша совместная работа убеждает, что проблема молодёжи, якобы не желающей заниматься наукой, надуманная. У нас вполне достаточно молодых последователей: наша аспирантура заполнена. И даже существует приличный конкурс. Молодёжь с удовольствием работает. У каждого в жизни свой путь: некоторые выбирают науку и, мне кажется, не жалеют об этом.


Плюсануть
Поделиться

Loading...