Новый старый центр

«Новый компаньон» вместе с экспертом УрО РАН Павлом Корчагиным оценил культурное достояние Перми, законсервированное на территории завода имени Шпагина

Плюсануть
Поделиться

В ноябре прошлого года имущественный комплекс завода «Ремпутьмаш» был выкуплен властями Пермского края. Теперь в городское пространство предстоит включить территорию площадью 8,5 га — наиболее старую часть Перми. Вместе с земельным участком в краевую собственность перешли здание магистрата времён Екатерины II и памятники промышленной архитектуры 70-х годов XIX века. В будущем здесь планируется разместить музейный квартал. На минувшей неделе краевед и археолог, старший научный сотрудник Пермского филиала УрО РАН Павел Корчагин впервые побывал на режимном предприятии и был поражён сохранностью архитектурного наследия.

собор
Старый центр Перми: магистрат и Петропавловский собор
Фото: Сергей Хакимов

Колыбель пермской власти

С момента основания в 1723 году и до 1780 года посёлок при Егошихинском медеплавильном заводе был частью независимой горнозаводской системы, созданной Петром I, и подчинялся горному начальнику в Екатеринбурге. Возможно, так бы оно и продолжалось, но в историю вмешалась пугачёвщина и последовавшая за ней административная реформа Екатерины II. Стремясь усилить административное и военное присутствие на отдалённых территориях, императрица разукрупнила регионы, учредив более полусотни губерний. Центром одной из них в 1780 году стал основанный на Каме город Пермь. Единственным каменным зданием губернской столицы к тому моменту была церковь Петра и Павла, построенная в 1764 году. Городу же полагался магистрат и городская дума, а этим учреждениям требовалось представительное здание. Точная дата постройки его неизвестна, но на плане города 1797 года каменный магистрат уже обозначен. Вместе с магистратом Петропавловский собор формировал облик центра Перми на рубеже XVIII—XIX веков.

Как выглядело двухэтажное каменное здание магистрата, сказать сложно, его изображений пока не найдено. Но известно, что построено оно было неудачно — почти сразу сводчатые потолки треснули. Сохранился анекдот, что пермяки, недовольные городскими властями, имели обыкновение при выходе из магистрата сильно хлопать дверью — так, чтобы на чиновников и гласных городской думы сыпалась штукатурка. О первых представителях пермской власти кроме официальных упоминаний остались и неформальные сведения. Про гласного пермской думы Никиту Шишина, например, писали: «Опримечен тем, что почасту приходит в Шестигласную думу в пьяном образе и добропорядочнаго и законнаго разсуждения не имеет, но делает только в производстве помешательство и остановку; к тому ныне и сбор поземельных денег вверять ему весьма опасно…»

цех
Где сейчас стоят брошенные электроплиты, когда-то заседали первые власти губернской столицы
Фото: Константин Долгановский

Историю Перми на «до и после» разделил пожар 1842 года. Тогда огонь истребил три сотни домов, уничтожив лучшую, главную часть города. Историческая местность в окрестностях Петропавловского собора надолго опустела, а центр города переместился на ул. Сибирскую, ставшую в дальнейшем главной улицей. Органы власти в 1864 году переехали в здание Губернской казённой палаты, где и сейчас располагается мэрия и гордума Перми. В старом магистрате сначала разместился детский приют, потом управление уездного военачальника, которым в 1891—1892 годах был полковник Павел Дягилев, отец великого импресарио. Здание неоднократно перестраивалось и достраивалось, пока окончательно не «вросло» в заводские постройки, закрытые от посторонних глаз.

Горячий цех

Преодолев строгий контроль на проходной «Ремпутьмаша», мы попали на заводскую территорию. Представители предприятия предложили сначала осмотреть заводоуправление, а вернее, его старую часть. Здание не раз достраивалось и перестраивалось. Во внутреннем дворе два этажа его выкрашены в красный цвет, и только третий, возведённый позже, — в белый, как и всё строение. По фасаду сделан декоративный портик. Сначала Павел Корчагин сомневался, что эта часть здания могла быть построена ещё в XVIII веке, но когда увидел внутренние помещения, расположенные под заводской столовой, все сомнения рассеялись.

цех
Возможно, именно здесь при матушке Екатерине бесчинствовал пермский гласный Никита Шишин
Фото: Константин Долгановский

За обеденным залом, где суровые путейцы подкрепляются винегретом и беляшами, расположена узкая винтовая лестница, ведущая на первый этаж, который на метр ушёл в землю. Ещё недавно здесь находился пищеблок заводской столовой — внизу работали горячий и холодный цеха. Но в связи с сокращением штата завода содержать собственное пищевое производство оказалось нецелесообразным, и в последние годы площади пустовали. Облупившаяся зелёная краска, кругом сломанная мебель и прочий хлам… А над этим — описанные в источниках сводчатые потолки, арочные перекрытия и окна. Всё это сохранилось. Оценив толщину стен в 90 см, внимательно изучив планировку и кирпичную кладку, археолог Корчагин окончательно пришёл к выводу: каменное строение I Пермской городской думы сохранилось в своём уникальном виде. Там, где сейчас стоят брошенные электроплиты, когда-то заседали первые власти губернской столицы. «Других двухэтажных кирпичных зданий со сводами на грани XVIII—XIX веков тут просто не могло быть», — говорит сотрудник РАН. Это подтверждают и планы города, где магистрат отмечен именно здесь — на перекрёстке современных улиц Советской и Островского, чуть в глубине, со стороны Петропавловского собора.

Завод Ш

Тяжёлый удар по старому центру нанёс пожар 1842 года. Окончательно же промзоной он стал после открытия в 1878 году Горнозаводской железной дороги, соединившей Пермь и Екатеринбург. Первые 28 лет дорога была «островной», то есть не связанной с единой железнодорожной сетью России. Продукция уральских заводов по ней доставлялась в Пермь, где товары перегружали на речные суда. Чтобы далеко не носить грузы, железнодорожный вокзал, а вместе с ним и ремонтные мастерские, разместили напротив камской пристани. Соседство Перми I и Речного вокзала определила уральская логистика XIX века.

мастреская
Железнодорожные мастерские 140 лет назад были для Перми исполинскими зданиями
Фото: Константин Долгановский

Большинство промышленных зданий на территории «Ремпутьмаша» — ровесники Горнозаводской железной дороги. Особое место среди них занимают Главные железнодорожные мастерские, открытые 21 мая 1878 года. Для того времени это было суперсовременное предприятие. Ремонт паровозов на нём был организован по принципу конвейера: локомотив двигался через цех по железной дороге, а запчасти к нему подвозили на тележках по трём узкоколейкам, проложенным перпендикулярно. Поэтому Главные железнодорожные мастерские построены в виде буквы Ш.

памятник
Первый памятник «Пермяку — солёные уши»
Фото: Константин Долгановский

В 1906 году на работу в мастерские устроился Алексей Шпагин. Ему предстояло стать видным большевиком, депутатом II Государственной думы от Пермской губернии. На одном из заседаний Шпагин выступил со знаменитой речью, закончившейся словами «Долой самодержавие!». В 1923 году Главным железнодорожным мастерским в Перми было присвоено имя Шпагина, в 1927 году мастерские переименовали в Пермский паровозоремонтный завод им. А. А. Шпагина. В 1937 году Шпагина расстреляли как врага народа.

Помимо Алексея Шпагина в Главных железнодорожных мастерских работали писатель Владимир Короленко и Герой Советского Союза Валентин Стариков, по свидетельствам старожилов, отличавшийся богатырской силой. В память о каждом из них на предприятии установлены мемориальные доски. На заводе им. Шпагина всегда бережно относились к истории, здесь два десятка монументов и мемориальных досок, среди которых есть, например, памятник «Пермяк — солёны уши». Его установили раньше скульптурной композиции на Компросе. Да и знание о том, что внутри заводоуправления спрятано очень старое и важное для истории города здание, здесь передавалось из поколения в поколение.

завод
Петропавловский собор с территории завода выглядит более величественно
Фото: Константин Долгановский

Низина в устье Егошихи значит для Перми не меньше, чем Заячий остров для Петербурга или Боровицкий холм для Москвы, — здесь начался город. И просторные цеха мотовозоремонтного завода с фигурной кирпичной кладкой, чугунными лестницами, коваными перекрытиями могут стать отличной площадкой для художественного или музейного кластера. Примеров успешного освоения подобных промышленных объектов культурными институциями в России достаточно. «Конечно, эта территория для Перми — место совершенно особое. И решение вернуть его городу я считаю абсолютно правильным. Но при этом завод им. Шпагина долгие годы хранил не только свою историю, но и историю Перми. И память о том, что 140 лет на этой территории работали железнодорожники, тоже нужно сохранить. Вычеркнуть это будет ошибкой», — сказал Павел Корчагин, подводя итоги посещения завода.


Плюсануть
Поделиться