Ольга Дерягина

редактор журнала «Компаньон magazine»

Тонкие нити личного счастья

История текстильных вещей из Пермской художественной галереи

Поделиться

Хранитель коллекции декоративно-прикладного искусства Галина Кимвалова и реставратор Пермской художественной галереи Вера Деменева работают в тесном творческом союзе. Их объединяет страсть к рукоделию. Для Галины Серафимовны это прежде всего искусство: она по крупицам восстанавливает историю происхождения и бытования текстильных вещей. Для Веры Аркадьевны — ремесло: она мастерски вдыхает в старые ткани новую жизнь.

тонкие линии

  Константин Долгановский

К содержанию и хранению текстильных экспонатов предъявляются особые требования. Они не могут постоянно находиться на виду в обычных условиях, поэтому почти всю свою музейную жизнь проводят в запасниках. Но в коллекции декоративно-прикладного искусства столько редких и удивительных вещей, что Галина Кимвалова давно мечтала устроить выставку вышивки и дать посетителям галереи возможность ощутить её энергетику.

Идею воплощения этого замысла в жизнь Галине Серафимовне подсказали рукодельницы. В том числе её мама Фаина Николаевна, которая, как и многие советские женщины, в 1950—1960-е годы увлекалась вышиванием. Оказалось, что это занятие не только удовлетворяло её потребность в красивых вещах, которые тогда не так-то просто было «достать». Оно позволяло ей уединиться, погрузиться в свои мысли и грёзы после трудового дня и вечерних домашних хлопот. Под звуки радиоприёмника Фаина Николаевна частенько засиживалась за пяльцами до двух—трёх часов ночи, а рано утром шла на работу.

Вышивание — это не просто ремесло, это не только искусство, это очень интимное занятие. Вот ключевой тезис, который лёг в основу концепции выставки «Пространство личного счастья», состоявшейся в галерее в 2016 году. Для экспозиции Кимвалова извлекла из запасников лучшие образцы вышивки разных эпох и те, что нуждались в ремонте, отдала Вере Деменевой.

тонкие линии

  Константин Долгановский

Вера Аркадьевна — реставратор от бога. С ранних лет она шила, вязала, делала украшения. Но всё это казалось несерьёзным, девичьими забавами. Поэтому после окончания школы поступила в Пермский политех, получила специальность «автомобильные дороги» и некоторое время работала инженером-конструктором. «А потом случился взбрык, — с улыбкой вспоминает Деменева. — Поступила в Кунгурское художественное училище на камнерезное отделение. Через полгода бросила и пришла в галерею». От судьбы не убежишь. Реставрационному мастерству она обучалась у специалистов Центра им. Грабаря. Ценные знания и навыки передавались из рук в руки. Главный принцип, которого придерживается Вера Аркадьевна: каждая вещь уникальна и требует индивидуального подхода.

Панно из стекляруса

Панно из стекляруса — ранний памятник русской вышивки бисером, который хранится в коллекции Пермской художественной галереи. Стилистика и технология изготовления позволяют отнести его к середине XVIII века. Долгое время было известно лишь, что эту вещь в 1920-е годы передало в музей некое частное лицо из Перми. В инвентарной книге записано, что на панно изображён монастырь.

Новые факты выяснились при подготовке к прошлогодней выставке. Изучив гравюры XVIII века, Галина Кимвалова пришла к выводу, что на картине вышит Большой дворец Петергофа. В пользу этой версии говорят и латинские прописные буквы P и G на вензеле. На тот момент времени здание было двухэтажным, перед ним уже был разбит регулярный парк и функционировал фонтан. Архитектурные особенности сооружения (ризалиты по обе стороны от менее выступающего за линию фасада центрального входа) на плоском узоре отражены при помощи цвета. Мастер использовал стеклярус более тёмного по сравнению с основным синим оттенка.

тонкие линии

  Константин Долгановский

Кимвалова полагает, что стекло алого цвета могло быть произведено по рецепту Михаила Ломоносова на Усть-Рудицкой фабрике, построенной по ходатайству учёного в 1754 году недалеко от Ораниенбаума.

Подобрать подходящий бисер взамен утраченного было сложнее всего при реставрации панно, говорит Вера Деменева. Она сторонница «необходимого и достаточного реставрационного вмешательства»: «Была довольно большая прореха, которую я хотела скрыть. Современный бисер никак не вписывался, потому что оставался ярким и светлым, несмотря на попытку состарить его. Выглядел как новая заплата на старом рубище. В итоге решила, что лучше оставить утрату, чем мешать общему восприятию вещи».

Повозиться ей пришлось и с проволокой, на которую собрано панно. За два с лишним столетия она погнулась, поломалась, торчала ёжиком. Каждую своенравную колючку Деменева заправила, пришила, вернула на своё место. Теперь это произведение искусства выглядит так, что легко представить, как оно украшало интерьер какой-нибудь богатой дворянской усадьбы, радовало глаз её обитателей и гостей.

Ковёр воспоминаний

В первой половине XIX века в великосветской среде было модно делать друг другу подарки hand made. Одним из самых популярных презентов на день ангела, на свадьбу был ковёр воспоминаний. Друзья или родственники разрезали холст на небольшие кусочки, каждый брал себе один, вышивал на нём что-нибудь, а потом их собирали вместе и получалась картина с несколькими разными сюжетами, которой впоследствии декорировали стены дома.

тонкие линии

  Константин Долгановский

В 1946 году неизвестный человек из Суксуна передал такую вещь в Пермскую художественную галерею. Ковёр воспоминаний размером 152 на 257 см состоит из 21 кусочка и был создан, предположительно, в 1830-е годы. Изображённые на нём сюжеты по стилю очень напоминают иллюстрации из выпусков журнала «Волшебный фонарь», который издавался в Санкт-Петербурге. Сценки из городской жизни с участием продавцов, мастеров, промышленников и других обывателей писали художники, а потом рукодельницы копировали их и использовали для своих вышивок на ткани, для росписи фарфора и т. д.

Вера Деменева разобрала ковёр по кусочкам, почистила их, выровняла и сшила заново. На одном из лоскутков вышито имя «Вел. Князь Александр». Галина Кимвалова допускает, что автором вполне мог быть кто-то из членов царской семьи.

Китайская шаль

Китайская шаль поступила в галерею в 1920-е годы из материально-транспортного отдела Перми, который заведовал отобранными у «бывших» людей вещами. Она была сильно потрёпана. Видимо, хозяйка её очень любила и часто надевала, полагает Вера Деменева. Да и как не любить такую красоту!

тонкие линии

  Константин Долгановский

Тончайший чёрный шёлк сплошь покрыт замысловатыми узорами — изящными журавлями, блестящими жуками, пёстрыми бабочками. Причём с обеих сторон абсолютно одинаковый рисунок, но ни швов, ни узелков не видно. Китайские искусницы рубежа XVIII—XIX веков владели уникальными технологиями вышивки и были большими мастерицами своего дела. Чтобы восстановить хотя бы одну сторону шали, реставратору пришлось пожертвовать другой. К сожалению, полюбоваться ею во всей красе сейчас нельзя: в хранилище нет специального ящика, куда она помещалась бы в расправленном виде.

тонкие линии

  Константин Долгановский

«У Веры очень смелые руки и умная голова, — отзывается Галина Кимвалова о своей коллеге, — она не боится браться за сложные вещи: знает, с чего начать, как продолжить и завершить». Похоже, секрет заключается в том, что Вера Аркадьевна обращается с неодушевлёнными предметами так, словно у них есть чувства и желания. Она умеет их слышать и слушать. «Часто бывает так, что приступаешь к работе с вещью, имея чёткое видение, как это делать, а вещь начинает диктовать иное, — описывает Деменева эти отношения. — Вещь не принимает то, что ты делаешь с ней. Начинает колом вставать. Пробуешь другие методы».

Французские вышивки из Очёра

Два небольших холста с изображением на библейскую тематику сначала можно принять за гравюры. На самом деле это тончайшее шитьё, копирующее сюжет живописной работы Рафаэля «Святое семейство Франциска Первого», находящейся сейчас в Лувре. Для особо недоверчивых на время выставки в зале был установлен сенсорный киоск, на котором можно было увидеть макросъёмку поверхности вышивки и разглядеть мелкие стежки, «насыпь».

В Пермскую художественную галерею эти вещи поступили в 1920-е годы из закрывшейся Архангельской церкви в Очёре. Они были ветхими и разодранными. Галина Кимвалова уверена, что вышивки были куплены Строгановыми во Франции специально для убранства построенного ими храма. Так же, как и роскошное платье из лионской ткани с зеркальными стёклами, которые делали только в Венеции в эпоху рококо.

тонкие линии

  Константин Долгановский

Всего в «Пространство личного счастья» было выведено около 200 предметов художественной вышивки. О них можно написать целую книгу, о чём и мечтает теперь хранитель коллекции декоративно-прикладного искусства. Однако самое заветное желание Кимваловой и Деменевой — это, конечно, переезд галереи в новое здание, где были бы обеспечены достойные условия хранения их любимых вещей. «Помню, как в 2000-е, когда у нас проводился ремонт, мы упаковывали все предметы по отдельности, укладывали их в коробки, опечатывали, и это просто чтобы перенести из одного помещения в другое. Готова пережить это снова, лишь бы переехать», — говорит Галина Серафимовна.

Подпишитесь на наш Telegram-канал и будьте в курсе главных новостей.

Поделиться