Женя Любич: «Во время пермской культурной революции я увидела, что люди гордятся своим городом»

Питерская певица Женя Любич побывала в Перми со своим сольным концертом. «Русская француженка», как любит её называть российская музыкальная пресса из-за начала её сольной карьеры во французской группе «Nouvelle Vague», этой весной решила посетить девять городов России со своей сольной программой. В интервью для «Нового компаньона» Женя ответила на вопросы о своём творчестве, концертной жизни и своём впечатлении от пермских культурных проектов

Плюсануть
Поделиться

— Женя, ты уже дала несколько концертов в городах России. Как и когда возникла идея совершить российское турне?

— Прошлым летом вместе с Михаилом Козыревым и Алексом Дубасом я и бас-гитарист моей группы Дмитрий Турьев принимали участие в небольшом туре по Уралу с театральным проектом «МКАД». Мы тогда были в Екатеринбурге, Челябинске и Перми. А зимой с «МКАДом» мы оказались в Нижнем Новгороде и в Красноярске. Неожиданно из всех этих мест нам на почту стали приходить письма, в которых меня просили приехать и выступить сольно с моей группой. Как-то сразу нашлись организаторы, которые взялись выстроить нам гастроль, и вот девять городов подряд, а между ними ночные поезда  — такое вот приключение, путешествие открывается нам в конце марта  — начале апреля 2013 года!

— Отличается чем-нибудь зритель/слушатель твоих концертов в Питере, Москве, регионах и, скажем, в Париже? Какие песни больше пользуются популярностью в российских городах?

— Публика разная везде  — это зависит от страны, города, площадки, концертной программы и, конечно, от того настроения, с которым сам выходишь на сцену. Много факторов влияют на реакцию аудитории. В Париже очень важен момент шоу, внешняя составляющая. А вот в России очень трепетно относятся к внутренней стороне вопроса  — насколько проникновенно я пою свои песни, какие у них слова. Вообще, у нас к текстам песен отношение самое пристальное, по сравнению с остальными странами, как мне кажется. В Питере и в Москве публика более активная, возможно, привыкшая к постоянным концертам, в том числе и моим. Поэтому на моих выступлениях в обеих столицах люди чувствуют себя, как дома — очень свободно и непринужденно. А вот когда мы приезжаем в другие города, то там мы гости  — к нам особое, радушное отношение, что, конечно, очень приятно! Радуют такие моменты, когда оказываешься в каком-то городе первый раз с концертом, а люди вдруг начинают подпевать припевы и даже куплеты моих песен. Публику в регионах отличает бережное и внимательное отношение к музыке, бывает, что просто видно, как люди ловят каждый звук, боясь пошевелиться, чтобы не сбить какой-то внутренний настрой происходящего. Насколько я могу судить, больше всего нравятся «Галактика», «Russian Girl», «Футболка», «Метелица» — то, что есть в интернете, звучало на радио и появлялось на тв…

— Ты ведь не первый раз в Перми? Сложилось какое-то впечатление от города?

— Да, я не первый раз окажусь в ваших краях. Мы были в Перми с «МКАДом», а до этого я со своим проектом выступала у вас на одном форуме, ну, и еще моя группа принимала участие в фестивале «Движение», который проходил неподалеку от Перми. К сожалению, гастрольная жизнь не предполагает знакомства с достопримечательностями тех мест, куда мы попадаем  — как правило, у нас очень плотное расписание  — приезд, интервью, санундчек, концерт, поезд, следующий город…. И, тем не менее, именно с Пермью, у меня связано нечто большее, потому что здесь я написала две песни! «Маленькая Европа» и «Беззатейно» родились прямо на глазах у моих музыкантов в этом городе — такие, видимо, у вас вибрации, они вошли со мной в резонанс!

— Ты была в Перми в самый разгар так называемой пермской культурной революции. Как гражданин мира, могла бы оценить  — какой эффект был у пермских культурных проектов? Стали ли о Перми больше говорить, писать?

— Что касается культурной революции в Перми, то я увидела тогда необыкновенный взлет и подъем энтузиазма, и было заметно, что люди гордятся своим городом и возлагают надежды на новый культурный этап в развитии. Возможно, как раз та колоссальная энергетика, которая просто витала в воздухе, и повлияла на то, что я написала тогда здесь сразу две песни.

— Можно ли сказать, что твоя карьера началась с Nouvelle Vague? Или Женя Любич была и до этого?

— До встречи с французской группой Nouvelle Vague я писала свои песни, участвовала в разных конкурсах и фестивалях, но именно Nouvelle Vague и работу с ними можно считать отправной точкой моей музыкальной карьеры.

— Когда твоего слушателя кто-то спрашивает о том, в каком жанре поёт Женя Любич, что ему отвечать?

— Можно было бы посоветовать этому интересующемуся человеку посетить мой концерт и прийти к собственным выводам. Одно могу сказать  — мой проект развивается по законам indie-музыки, то есть без каких-то схем и расчётов. Я имею в виду, что если мне хочется сейчас регги, то именно в этом стиле я и напишу свою очередную песню, а если вдруг внутри меня звучит босса-нова, или даб, или панк-рок, то никакие форматы и рамки направлений и стилей не будут для меня препятствием.

— В России твоё имя — уже сложившийся бренд. В Европе также? Или тебя всё же, больше знают как солистку Nouvelle Vague?

— В Европе, впрочем, как и в России, меня, прежде всего, узнали, как певицу группы Nouvelle Vague. Но в последнее время все больше людей из разных стран мира пишут мне о том, что услышали мои песни в интернете или на местных радиостанциях, благодаря диску Nouvelle Vague «The Singers», где представлены авторские композиции участников этого проекта. Также пишут те, кто слышал мои работы с французскими электронщиками — Маликом Алари и Стефаном Помпуньяком… Думаю, что во многом, благодаря этим откликам, у меня и моей группы успешно прошли концерты в Норвегии, Франции, Финляндии, да и сейчас ведутся переговоры о наших выступлениях не только в городах России.

— У тебя ведь нет музыкального образования, верно? Мешало это когда-нибудь в работе?

— У меня нет музыкального образования в традиционном смысле, когда оно начинается музыкальной школой, продолжается музыкальным училищем и заканчивается консерваторией. Но во время своей учебы в Смольном институте свободных искусств и наук СПБГУ, я все же получила довольно серьезные знания в области музыки. Там, помимо, обязательных предметов, связанных с лингвистикой, языкознанием, искусствоведением, арт-критикой, я могла выбирать то, что интересно и нужно именно мне. И все курсы, которые я выбирала сама, имели прямое отношение к музыке. Это были история и теория музыки, музыкальный анализ, а главное  — практические занятия по фортепиано и вокалу. Я считаю, что образование мне только помогает.

— Расскажи, где ты сейчас живешь?

— Сейчас я живу на чемоданах, потому что поезда и самолеты  — это чуть ли не мой домашний адрес. Но все-таки точкой возврата является Питер, хотя мне кажется, что я провожу там меньше времени, чем в дороге.

— Ты не так давно написала песню для российского фильма «Джентльмены, удачи». Расскажи про этот свой опыт. Первый раз писала саундтрек к фильму?

— В саундтрек ремейка «Джентльмены, удачи!» на самом деле вошли две мои композиции, нигде ранее не издававшиеся — «Метелица» и «Gentlemen Of Fortune». Песню «Метелица» я написала еще в 16 лет, но особенно она нигде не звучала, и вот она дождалась своего часа, чтобы появиться на большом экране в полной красе! А «Gentlemen Of Fortune» я сочинила специально для этого фильма, но трек возникает там только в какой-то момент, как далекая мелодия, а сама песня записана отдельно, но по тексту она имеет прямое отношение к этому кино. На самом деле, пару раз мои композиции уже звучали в фильмах, но они не были внутренне связаны с сюжетом. Что же касается песни «Метелица», то, как мне кажется, она является частью истории, рассказанной с экрана, она несет дополнительную смысловую и эмоциональную нагрузку. Песня звучит и внутри фильма, и на титрах. Кроме того, еще в процессе работы над фильмом режиссер Дмитрий Киселев предложил сделать отдельный музыкальный клип на «Метелицу», и вот, при поддержке компании «Базелевс», его идея воплотилась в жизнь. Для меня это был первый опыт, когда с таким масштабом и так серьезно, мои песни оказались вовлечены в кино-процесс. Я очень надеюсь, что это начинание будет иметь продолжение.

— Песня «Вопрос к президенту» — обращение к президенту какой страны? Расскажи историю песни.

— Было так: у меня дома в Питере, на кухне фоном работал телевизор, и в тот момент президент отвечал на вопросы граждан России  — по всем каналам тогда транслировался этот сюжет, и я подумала — а какой вопрос задала бы я, и какого вопроса он совсем не ждет? Так и родился «Кризис момента» — на самом деле, трек называется именно так. Конечно, песня в первую очередь о каком-то личном кризисе, но намек на нашу действительность там тоже есть. Ответ, кстати, на свой вопрос я так пока и не получила  — ни от президента, ни от кого другого…

— Ты пишешь песни, насколько я знаю, с 12 лет. И с тех пор написала уже…сколько? 300 песен? Можешь раскрыть секрет такой продуктивности?

— Секрета нет – просто я пишу тогда, когда не могу этого не делать. Это порыв, эмоциональный всплеск, который я не в силах удержать где-то в себе. Один мой друг как-то сказал, что жизнь – это секунда эмоций. Наверное, я слишком эмоционально воспринимаю то, что происходит вокруг и внутри меня, а потом пишу песни, которых и правда не мало, я сбилась со счета.



Плюсануть
Поделиться

Loading...